От «Чайки» до сказок: Любопытные факты о Виктории Исаковой

«Я не мечтаю о ролях. Для меня роль сама по себе, без идейного вдохновителя, без истории, которая кем-то прожита и выстрадана, не имеет никакой ценности».

За три десятилетия актерской карьеры Виктория Исакова, заслуженная артистка России и двукратная лауреатка «Золотого орла», много раз доказала, что за ее внешней хрупкостью стоит выдающееся умение подчинять себе диаметрально противоположные жанры: от угрюмой драмы до светлой сказки. К 50-летию во всех смыслах огненной актрисы, которая, по собственному признанию, только вошла в самую настоящую «прайм-эру», «КиноРепортер» отобрал восьмерку фактов, доказывающих неслучайность ее сегодняшнего успеха.

Пришла в актерство случайно

Вообще-то Виктория родом из солнечного Дагестана – она переехала в московскую коммуналку лишь в 12 лет, когда ее брат поступил в школу олимпийского резерва. А коммуналка та располагалась буквально через дорогу от главного здания ГИТИСа, куда поступали многие викины одноклассницы. Так, она подала документы на актерский просто так, что называется, за компанию. И поступила сразу на 2 курс, где девушки были в дефиците. И где новенькая не нашла себе место, отчислившись спустя 2 месяца.

«Я в 16 лет совершенно не понимала, что это за профессия, зачем она мне, а я – ей», – делилась Исакова, которая таки вдохновилась творческой атмосферой и на следующий год подалась в Школу-студию МХАТ на курс Олега Ефремова. Тут-то все и пошло-поехало – гримерки, овации, влюбленности в однокурсников и, разумеется, в сцену. И пирожки, которые Виктория пекла дома и заботливо приносила во МХАТовскую общагу, ставшую для нее третьим – после коммуналки и самой Школы-студии – домом.

Вот только строгий отец актрисы никак не принимал ее внезапную страсть: «Я же умная девочка с высоким IQ, а оказалась среди не пойми чего, сброда какого-то». Настолько, что даже несколько лет не разговаривал с ней и не поддерживал ее финансово. Но когда впервые увидел дочь в театре – а начинала Исакова, соответственно, с МХТ имени Чехова, – разжалобился. Мол, увидел, что чадо уже стоит с «серьезными людьми на сцене», значит, в ней как актрисе и в целом в этой профессии «что-то есть».

Построила любовь на осколках

Первый МХАТовский роман Виктории, как ни прискорбно, закончился трагедией – ее возлюбленный Александр Чижевский погиб в автокатастрофе всего за пару недель до их выпускного. С чем актрисе долгое время было очень сложно примириться. Но в 2002-м Исакова проявилась в крохотной роли во втором сезоне «Каменской», на съемках которого познакомилась c режиссером Юрием Морозом, также пережившим подобную трагедию – его супруга Марина Левтова ранее разбилась на снегоходе.

Две израненные утратами души зацепились друг за друга и уже в 2003 году поженились. На этом, увы, злой рок не отпустил звездную чету – их первенец скончался в младенчестве от редкого генетического заболевания. Виктории потребовался не один год, чтобы принять случившееся и попытаться завести еще одного ребенка (в 2015-м они с Юрием стали счастливыми родителями дочки Варвары). Но уже в 2020-х над идиллией снова нависли тучи – у Мороза диагностировали рак поджелудочной железы, который забрал его в прошлом году. Как рассказывала постановщица Анна Меликян, подруга семьи, он ушел «в какой-то невероятной любви», окруженный заботой жены и дочки.

Стала мачехой звезды

Выходит, как ни удивительно, падчерица Исаковой – дочь Юрия от первого брака Дарья, что младше ее всего лишь на 7 лет. Да-да, та самая Дарья Мороз, также, к слову, заслуженная артистка РФ. Поначалу, когда той было под 20, девушка в штыки принимала новый брак отца, в чьих фильмах и сериалах не раз снималась вместе с Викторией (среди них – провокационная «Точка» и, например, остросюжетный «Инквизитор»). Но в конечном счете сдружилась с мачехой, которую так величает только в шутку: «Когда Дашке не нравятся замечания, которые я ей делаю, она называет меня мачехой».

Династию Морозов ждет еще много профессиональных свершений в ближайшем будущем – даже 11-летняя Варя успела дебютировать в большом кино. А случилось это в мамином бенефисе «Нежность», снятом уже, считай, сроднившейся с девчонками Меликян. Виктория вспоминает этот опыт с улыбкой:

«Варя носилась по съемочной площадке с криком «Меликянчик, ты где?». Впервые попробовала сардельки, которые сварили реквизиторы для следующей сцены, а через час сказала: «Мама, а когда мы поедем домой, я уже наигралась». А маму чуть удар не хватил, впервые пришлось строго сказать, что это не игра, и люди здесь работают, и мы не уедем, пока все не снимем».

Исполнила книжную мечту в театре

Если актерство до поры до времени не интересовало Исакову, то в литературу она влюбилась почти сразу же, как только научилась читать. В 12 лет, среди прочего, от корки до корки прочла «Войну и мир»: «Мне до сих пор странно, что такая книга могла быть любимой в столь нежном возрасте». Тогда же изучила и всего Чехова – особенно девушке полюбились пьесы «Чайка» и «Вишневый сад» – и даже не догадывалась, что годами позже будет играть культовых героинь на исторических подмостках.

С 1999 по 2001 год, аккурат после окончания Школы-студии, Виктория служила в МХТ имени Чехова, где чуть ли не первой ее главной ролью стала Нина Заречная из «Чайки». За ней последовали Лариса из «Бесприданницы», Панночка из «Вия», Раневская из «Вишневого сада» и, естественно, Татьяна из «Космоса». Последний спектакль, ставший хитом Театра имени Пушкина, где актриса служит вот уже четверть века, недавно превратился в полнометражный фильм. И уже в следующем году в исаковскую «Невероятную Татьяну Викторовну» сможет влюбиться и массовый зритель.

Отрицает для себя единое амплуа

Лиса Алиса в волшебном «Буратино», рационалистка Сабина Шпильрейн в камерном «Выготском», интриганка дона Окана в фэнтезийном эпике «Трудно быть богом» – и это работы Исаковой только за последний год. Не говорим о беспринципной предводительнице ОПГ Флоре из криминальных «Детей перемен» или, например, проститутке Зебре из остросоциальной «Точки» Мороза – все эти роли доказывают, что артистке подвластны любые жанры и порой полярные типажи.

Сказать, что Виктории больше «к лицу» жесткие героини с несгибаемым внутренним стержнем, которые, как та же Флора, просто на слуху у сериальной публики, было бы серьезным заблуждением. О чем актриса нередко размышляет в интервью:

«Если пройтись по моей фильмографии, найдутся очень разные героини. Есть и совсем несчастные, и трогательные, и настоящие милашки. Я не мыслю категориями «что это за женщина». Любой персонаж, как в детской игре «Кольцеброс», колечками нанизывается на меня. Я тот самый колышек, стержень, скелет, на который надеваются кольца: такого цвета, такого характера, так разговаривает, так двигается», – отмечала Исакова.

И если в начале кинокарьеры звезда больше тяготела к драмам и реализму, то со временем стала раскрываться как комедийный и сказочный игрок – тот же украсивший зимние каникулы «Буратино» или свежеиспеченный «Чудо-Юдо», где та сыграла наряженную в изумрудный атлас Болотницу, тому чудесные доказательства. На это, по признанию Виктории, ей потребовалась определенная актерская свобода: «У меня складывались непростые отношения с юмором и иронией. А сейчас я с огромным удовольствием играю персонажей, которые вызывают смех».

Толстела, рисовала и не дышала ради ролей

«Например, ради роли я бы никогда не откусила человеку ухо. Не касаясь крайностей, нет ничего, что я не сделала бы ради роли. Я могу похудеть, потолстеть, побриться налысо, но должна быть роль, которая это оправдывает. Я бы даже, наверное, в спортзал согласилась пойти и железяки тягать. В этом плане я отличница: когда есть четкий мотиватор, у меня сразу появляются и силы, и желание», – делилась актриса в разговоре о творческих табу, а, точнее, об их отсутствии.

Так, для прорывной роли в сериале «Оттепель» от природы тонкой Виктории пришлось поправиться на несколько килограмм – тогда она нешуточно налегала на мучное. Работа, однако, настолько ее истощала, что по ходу съемок наряды Инги приходилось ушивать на ходу. А когда Исакова готовилась к съемкам в телепередаче об искусстве «Кто там…», она самостоятельно нарисовала несколько картин, хотя прежде не увлекалась живописью. «Вика – перфекционист во всем, что делает», – отмечал ведущий Вадим Верник, которого поразила ее отдача и находчивость.

Но самым, кажется, легендарным киноподвигом Исаковой все еще остается фридайвинг, который она освоила всего лишь за год до съемок спортивной драмы «Один вдох». Прототипом ее героини являлась Наталья Молчанова, известная своим поздним (в 40 лет) и, мягко говоря, успешным покорением подводного спорта. Тогда, в 2020-м, Виктория научилась чуть ли не на профессиональном уровне нырять на приличную глубину без акваланга, а также задерживать дыхание на несколько минут.

Отказывается от откровенных сцен

Единственным, пожалуй, ограничением в работе для Исаковой остается обнажение в кадре. С ее слов, предложения довольно смелых в этом плане ролей раньше пачками поступали к ней, а коллеги по цеху уверяли, что, мол, надо соглашаться, ибо «через десять лет уже никто не предложит». Но Виктория была и остается непреклонной – она считает, что зачастую обнажение вовсе не обосновано сценарно.

«Я не могу, это стресс. Я зажимаюсь и делаю все отвратительно. Не могу ни о чем думать – только о том, что у меня одна грудь больше другой или неидеальное бедро. Мне проще вагон кирпича разгрузить, чем голой сыграть какую-то сцену», – шутила по этому поводу актриса.

Тянется к земле

С рождением Варвары семья Исаковой обосновалась в уединенном доме в Подмосковье, где актрисе первое время было нелегко и будто бы слишком скучно. Но позже, с ростом популярности, Виктория осознала все плюсы загородной жизни и, подобно ныне хозяйственной Памеле Андерсон, завела большой огород. Сейчас на участке экс-Флоры растут ягоды, огурцы, перцы, кабачки и много-много разной зелени, из которой актриса, прямо как в студенческие времена, печет пирожки и режет салатики.

«Я все это обожаю! Мог часами сидеть и копаться в клубнике – это мой личный способ релаксации. Иногда бывает так, что ночью приезжаю, иду с фонариком и смотрю, как у меня там что выглядит», – рассказывала затейница, недавно собравшая свежий урожай.