The Rolling Stones в кино: Глава I

На минувшем чемпионате мира по футболу зажигали BTS, Шакира и Джастин Бибер, но настоящие суперзвезды мелькали на трибунах. Эдвард Нортон беседовал с самим собой. Мэтт Дэймон наслаждался возвращением домой из «Одиссеи». Ну а сэр Мик Джаггер наблюдал за тем, как англичане сражались с норвежцами. Недавно его банда The Rolling Stones выпустила юбилейный, 25-й альбом Foreign Tongues, а мы в честь знаменательного события решили рассказать о связи роллингов и кинематографа. Не о том, в каких фильмах звучали их песни (таких слишком много), а о том, в каких картинах, художественных и документальных, засветились Джаггер, Кит Ричардс, Ронни Вуд и покойный Чарли Уоттс. В основном Джаггер, конечно. И хотя его экранные перформансы не так известны, как выступления Дэвида Боуи, необычных работ в портфолио фронтмена хватало.

В 1970-м Николас Роуг и Дональд Кэммелл соорудили контркультурный ответ битловскому «Вечеру трудного дня»: беспрецедентное погружение в порочный мир секса, рок-н-ролла и всего прочего под названием «Представление». Джаггеру досталась роль Тернера – загадочной рок-звезды, в чьем особняке прячется герой Джеймса Фокса, спасающийся от гангстеров. Образ богемного музыканта был вдохновлен Брайаном Джонсом – мультиинструменталистом и слайд-гитаристом Стоунз, который чересчур налегал на алкоголь с запрещенкой и утонул в бассейне, пополнив роковой «Клуб 27». Развязный Тернер принимает ванну с двумя девушками, не чурается мейкапа с пестрыми костюмами и затягивает в свои сети бедолагу, которому не посчастливилось с ним сблизиться. Очевидцы вспоминали, что и Джаггер, подобно вампиру, подпитывался энергией тех, кто осмелился переступить черту, за которой знакомый превращался в друга.

«Представление» наглядно проиллюстрировало, какие удивительные и ужасные метаморфозы происходили с простыми смертными, шагнувшими в круг сливок 1970-х. Джаггера и Аниту Палленберг, музу роллингов, обвиняли в непостановочных постельных игрищах перед камерой, но скандальность об руку с аутентичностью обеспечила фильму культовый статус: его еще долго крутили на полночных показах, а год назад он дорос до роскошной 4К-реставрации. Именно здесь, кстати, прозвучала джаггеровская композиция Memo From Turner, которую Мартин Скорсезе возьмет в «Славных парней».

В том же 1970-м Джаггер возглавил каст мрачного вестерна «Нед Келли», посвященного знаменитому австралийскому десперадо (в версии 2003-го его сыграл Хит Леджер). Преступник пытается наладить семейную жизнь, однако бандитское прошлое не отпускает его, и заканчивается все печально. Казнь остается за кадром, но зритель, вытерпевший до конца это странное кино, понимает: веревка с шеи Келли не соскользнет. Режиссер Тони Ричардсон признавался, что ему не стоило превращать Джаггера в Джона Уэйна. Ну и без бороды можно было бы обойтись – как отмечали рецензенты, Мик с подобной растительностью смахивал на амиша, а не австралийца. Рокер уверял прессу, что серьезно отнесся к роли: ездил верхом, стрелял из ружей, импровизировал… Но так и не растворился в образе опасного парня из глубинки. Его скука порой прямо-таки сочится с экрана, а когда съемки завершились, он дистанцировался от фильма, назвав его полной хренью и отказавшись участвовать в продвижении. Ричардсон, разумеется, был оскорблен.

После неудачного опыта с австралийским вояжем, в ходе которого его подруга Марианна Фэйтфулл чуть не погибла (проклятые таблетки!), Джаггер держался в стороне от художественного кино до начала 1980-х. Не считая экспериментального коллажа Umano non Umano, где нет четкого сюжета, зато есть Кит Ричардс, а Мик в броском наряде поет Street Fighting Man. И мокьюментари-пародии «Ратлз: Все, что тебе нужно – бабки», в эпизодах которой засветились Джордж Харрисон, Билл Мюррей и Дэн Эйкройд. Джаггер же в роли самого себя (и модной полосатой рубашке) вспоминает, как они с будущими Стоунз увидели Ратлз по телевизору и тоже решили попробовать силы на музыкальном поприще. А потом Ратлз принялись впаривать свои песни им, роллингам, но те были настолько кошмарны, что Мик сотоварищи даже не трудились их записывать. В тот же фильм заглянул и Рон Вуд, заделавшийся байкером из группировки «Ангелы ада».

На заре 1980-х Джаггер едва не получил роль, которая имела все шансы стать его визитной карточкой. Вернер Херцог, страдавший на съемках «Фицкарральдо» в Перу, предложил Мику сыграть Уилбура – спутника одиозного главгероя, мечтавшего построить в джунглях оперный театр. Однако производственный процесс заморозился из-за того, что ведущий артист Джейсон Робардс слег с амебной дизентерией и выбыл из проекта. И Джаггер, столкнувшись с конфликтом графиков, предпочел сомнительной (как многим казалось) киноавантюре тур с роллингами и запись альбома Tattoo You. Найти ему альтернативу было сложно, и Херцог убрал его персонажа из фильма, впоследствии назвав это серьезнейшей потерей в своей режиссерской карьере. Робардса же заменил Клаус Кински. Но благодаря доку «Бремя мечты» лицезреть Мика в образе Уилбура все-таки можно: на сохранившихся кадрах он экспрессивно цедит положенные реплики, выпучивает глаза и что-то орет с колокольни.

Также от Джаггера ускользнула роль художника Акселя Рекса в экранизации набоковского «Смеха в темноте», которую свернули из-за непримиримых разногласий актрисы Ребекки Де Морнэй с постановщиком Лазло Папасом. Поэтому в том десятилетии Мик мог похвастаться разве что участием в опусе Джульена Темпла Running Out of Luck, который и полноценным фильмом-то не назвать. По сути, перед нами раздутый до полного метра проморолик в поддержку дебютной сольной пластинки Джаггера She’s the Boss, в котором, тем не менее, имелся какой-никакой сюжет. Мик (точнее, его альтер эго) работал в Рио над клипом под руководством крикливого режиссера с лицом Денниса Хоппера, а позже стайка девиц похитила его и бросила in the middle of nowhere. Джаггер скитается по выжженным пустошам, вкалывает на банановой плантации, торчит в казино, попадает в кутузку, не прекращая петь и приплясывать, – зрелище исключительно для хардкорных фанатов.

А в 1992-м Мик присоединился к фантастическому боевику «Корпорация «Бессмертие», герой которого, Эмилио Эстевес его сыграл, перенесся из 1990-х в футуристический Нью-Йорк в рамках программы по переселению разума в новое тело. Желая сохранить свою личность, которую в ходе процедуры стирают, молодой человек пускается в бега, а преследует его наемник, служащий на злодейскую контору. В роли наемника, собственно, блеснул Мик Джаггер. На борт этого забытого киберпанка он вскочил за неделю до мотора, причем не удосужился прочитать сценарий, а после утверждал, что непременно ответил бы отказом, если бы немного подумал. В унисон с ним «Корпорацию» критиковали и другие актеры, включая Эстевеса и Энтони Хопкинса: пересъемки и неловкий юмор явно не пошли фильму на пользу. Но мы бы не стали смешивать с грязью картину, где Джаггер, скрипя кожаным костюмом, обнажает свою инфернальную ипостась. И произносит дурацкий текст так торжественно, будто его написал Дэвид Мэмет на пике формы.

За следующие 10 лет фронтмен снялся в кино дважды, и обе роли – в «Склонности» (1997) и «Побеге с «Елисейских полей» – числятся среди его лучших перформансов. В первом фильме, где также появились Клайв Оуэн, Иэн МакКеллен, Джуд Лоу и Николай Костер-Вальдау, Мик с андрогинной гибкостью изобразил дрэг-квин, чьим пронзительным музыкальным номером Streets of Berlin открывается лента. Даже если «Склонность» прошла мимо вас, вы наверняка сталкивались с черно-белым снимком Джаггера с массивными серьгами и ожерельем, пристально смотрящего в камеру Антона Корбейна. В «Побеге» же рокер перевоплотился в главу элитного эскорт-агентства, выдав пачку классных сцен, продемонстрировав целый гардероб элегантных нарядов и не растеряв актерское моджо в объятиях опытнейшей Анжелики Хьюстон.

В последние годы Джаггер-артист нечасто гостит на экране, хотя Джаггер-музыкант в свободную минутку заглядывает в разные доки. Его финальная актерская партия – артдилер из неонуара «Искусство ограбления» (2019), который втягивает одного искусствоведа в аферу. Мика здесь преступно мало, но в отведенное время он источает колдовской магнетизм и заставляет в очередной раз посетовать на то, что редко красовался на первом или хотя бы втором плане. Еще реже, впрочем, в кино мелькал самый скромный из роллингов – ударник Чарли Уоттс, скончавшийся в августе 2021-го. Ему принадлежит буквально несколько кредитов в малоизвестных проектах: скажем, Willie and the Poor Boys (1985) про группу, собранную басистом The Rolling Stones Биллом Уайманом, или «Голубом льде» (1992) с сэром Майклом Кейном, где не указанный в титрах Уоттс влился в состав джазового ансамбля. Не сильно богаче и послужной список гитариста Ронни Вуда: камео в фильмах «Без тормозов» по сценарию Кэмерона Кроу, «Стоя на плечах у кошечек» с Билли Бобом Торнтоном и «9 ½» недель, где, правда, его не каждый заметит (внимательно пересмотрите сцену на вечеринке).

Зато Кит Ричардс, легенда из легенд, отметился впечатляющим выходом в одной из самых узнаваемых франшиз всех времен. В 2006 году он покинул тур Bigger Bang, чтобы сыграть отца Джека Воробья, капитана Тига, в третьей главе «Пиратов Карибского моря» – «На краю света». Так замкнулся поп-культурный круг, поскольку Джонни Депп строил эксцентричный образ Воробья как раз на внешности Кита – своего закадычного друга и вдохновителя («я всегда считал пиратов рок-звездами XVIII века», – говорил Джонни). Капитан эпично нарисовывается в разгар Братского суда и пускает пулю в наглеца, осмелившегося подвергнуть сомнению важность Кодекса, хранителем коего Тиг является. Корсары начинают обсуждать кандидатуры, подходящие на должность пиратского короля, пока Ричардс перебирает гитарные струны. А напоследок его герой формулирует мудрость, звучащую как кредо самого рок-стара: «Фокус вовсе не в том, чтобы жить вечно, Джеки. А в том, как остаться самим собой… навечно».

Четыре года спустя Ричардс повторил роль Тига в «На странных берегах», а в 2017-м флибустьерская эпопея обзавелась еще одной легендой: среди немногих плюсов фильма «Мертвецы не рассказывают сказки» оказался Пол МакКартни в образе дядюшки Джека Воробья – тоже Джека. Гор Вербински рапортовал, что на площадке Кит был подшофе; режиссеру якобы приходилось держать его за ноги, не давая упасть во время отыгрыша очередного эпизода. Журналисты шутили, что Ричардс в пиратском обличье не сильно отличался от Ричардса на сцене любого концерта The Rolling Stones. А сам Кит радовался тому, что подрастающее поколение зрителей, целевая аудитория «Пиратов», узнает его именно по этим фильмам. Ну а дальше и до гремящих роллинг-блюзов дело дойдет. По его словам, он отклонил множество ролей, ибо те казались ему нелепыми. Ему требовался чисто дружеский междусобойчик, и он открыл его в «Карибском море», смирившись с громоздким париком и необходимостью тратить на грим полтора часа. «Если бы у меня не было гитары, то была бы лодка», – заявляет Кит Ричардс. И мы ему, конечно же, верим.