[ММКФ-2019] Маленькие и большие трагедии | КиноРепортер
КиноРепортер > Статьи > [ММКФ-2019] Маленькие и большие трагедии

[ММКФ-2019] Маленькие и большие трагедии

24 апреля 2019 /
[ММКФ-2019] Маленькие и большие трагедии

Российская драма из кусков сериала, иранские будни студентов, турецкие странности, исторические травмы родом из Польши и итальянская скорбь.

«Эпидемия. Вонгозеро»

Реж. Павел Костомаров

Россия

В Москве обнаружен новый вирус: зараженные «сгорают» в считанные дни, передается болезнь крайне быстро и множеством возможных способов. Город закрывают на карантин, пытаясь хоть как-то спасти ситуацию, но помогает это мало: по прогнозам прорыв блокады произойдет очень быстро, а учащающиеся случаи мародерства лишь усугубляют ситуацию. Группа выживших – Сергей, его нынешняя жена с аутичным сыном-подростком, бывшая жена с маленьким сыном, отец Сергея и друзья семьи решают отправиться в Карелию и попытаться спрятаться от вируса там. Убраться из подмосковья будет не так уж и просто.

Что «Эпидемия» делает в конкурсе – большая загадка: это слепленный из кусков сериала кадавр, своей фрагментарностью напоминающий недавний «Тобол», сделанный по тем же лекалам из восьмичасового сериала. Герои нелепы, события схематичны, мотивация отсутствует. Невероятное количество штампов при этом добивает и без того слабый сценарий: герои-функции действуют по заветам жанра. Если есть сволочной персонаж – он обязательно окажется предателем, но персонаж-герой его все равно спасет. Функционал героев ограничивается малым набором поведенческих установок, необходимым минимумом для того, чтобы они не казались совсем уж одномерными.

Абсолютно каждый поворот сюжета предсказуем, половина линий не ведет никуда, повествование обрывается на полуслове и заканчивается позорным белым текстом на черном фоне вместо нормального финала. Скорее всего, такое завершение фильма связано с тем, что сериал либо не успели доснять, либо немалая часть сюжета просто оставлена на последующие сезоны (и части?), что отчасти подтвердили в рамках пресс-конференции. Происходящее в плане сюжета слабо даже для жанрового фильма, которые нередко грешат условностями, да и попытки косить «под них» выглядят нелепо.

«Моя жизнь на втором курсе»

реж. Расул Садрамели

Иран

У Махтаб сложный период: во время учебной поездки ее подруга Ава впала в кому, и девушку подозревают в том, что это произошло не без ее участия. Эта кома превращает жизнь Махтаб в настоящий ад: подруги смотрят косо, университетское руководство собирается ее отстранить от учебы, да и отношения с молодым человеком перестают радовать. Единственное светлое пятно во всем этом – Али, парень Авы, с которым Махтаб сближается на фоне общего горя.

Если снят фильм в целом неплохо, то со смысловой точки зрения здесь все не так однозначно. Если «Эпидемия» была составлена из кусков сериала изначально, то «Моя жизнь…» похожа на сериал (причем с какого-нибудь отечественного федерального канала) случайно. Бесконечная мелодрама, в которой все поголовно страдают на пустом месте и сами создают себе проблемы, является основой этого фильма. Окончательно ситуацию добивают диалоги – слабые и безыскусные. Правда, страдания подростка здесь переданы достаточно точно: нередко их причиной является сам подросток, что и получило отражение в фильме. Совершенно все проблемы создаются не имеют под собой какой-то адекватной основы, и если вести себя адекватно, то всех их можно было бы избежать.

Чего-то интересного от картины, к сожалению, не удается дождаться: по итогу фильм пустоват и стабильно крутится вокруг ровно одной проблемы, не добавляя ничего сверху.

«Капкан»

реж. Сейид Чолак

Турция

На турецком острове обитает небольшая группка рыбаков. Каждый их день подобен предыдущему: они тихо живут простым бытом, и единственная радость – это охота. Во время очередной ночной рыбалки один из них бесследно пропадает: свидетелей нет, полиция не может даже найти тело. Словно этого мало, на острове по ночам начинает разноситься жуткий вой волка, а хищники раньше на острове не водились.

Сейид Чолак снял фильм-загадку: здесь ничто не является истиной, а каждый поворот сюжета вызывает все новые вопросы – их, как и поворотов, будет в достатке. Такой темп повествования оставляет большой простор для интерпретаций – вот только заниматься этим особо нет никакого желания. Проблема в том, что фильм, будучи довольно коротким, умудряется быть безбожно затянутым.У картины местами до смешного медленный темп: здесь есть удивительные кадры с человеком, который в замедленной съемке смотрит на то, как его друг стреляет из ружья; нет, не сам выстрел в замедленной съемке, а именно то, как герой смотрит на него. Сюда же стоит добавить дешевизну, торчащую из всех щелей: к примеру, в фильме есть сцена с волчатами, но самих волчат в кадре само собой не будет – домысливайте.

Недосказанности сюжетных линий не скрывают при этом довольно простой проблемы «город-деревня»: деревенские жители здесь натурально исчезают один за другим, и единственное спасение от этого – попытка отправиться в город. Смерть деревни как явления явно волнует Чолака. Правда, зачем для этого понадобилось снимать фильм с таким количеством метафор и сюжетных веток – до конца не понятно.

«Она смеется»

реж. Валерио Мастандреа

Италия

Мать с сыном остались одни – глава семейства, Мауро, скончался в результате инцидента на заводе. Дело приобрело публичную огласку, и теперь похороны должны стать громким событием. Нюанс в том, что ни мать, ни сын не испытывают какой-то ярко выраженной скорби – мать и вовсе при всех веселится и смеется. Что это: отсутствие чувств или же на самом деле это их проявление – просто в непривычном виде?

Фильм Валерио Мастандреа рассказывает о том, что скорбь может выражаться по-разному и не стоит ждать, что все люди будут горевать так, как это принято. У скорби много лиц, что хорошо видно на примере трех разных героев: жены, сына и отца погибшего. У всех героев свои способы скорбеть, но очевидно, что у каждого из них на душе настолько непросто, что уложить все в традиционные рамки попросту не выходит.

Пожалуй, самая яркая сцена здесь у матери, которая рассказывает деверю о том, как она каждый день притворяется, что готовит пасту. Иррациональное на первый взгляд действие на поверку оказывается просто своеобразным способом адаптации к новому миру, который заменил мир привычный. Не менее ярко о поднимаемой проблеме говорит и то, как героиня вовсю старается вжиться в роль скорбящей, буквально копируя старания других – правда, без особого успеха. Персонажи в своих странностях предельно органичны, а наличие юмора скрашивает мрачность сюжета. Интересно, что самого погибшего в фильме по сути и нет – он лишь двигатель процессов, так что обстоятельства смерти и прочие мелочи не столь важны в общем контексте.

«Медовый месяц в Згеже»

реж. Элиз Отценбергер

Франция

Молодая французская пара – Анна и Адам – отправляются на мемориальную церемонию, посвященную годовщине уничтожения еврейской общины, в которой жил дед Адама. Для Адама это в первую очередь возможность побыть с супругой вдвоем вдали от ребенка, а для Анны – возвращение на родину предков: ее бабушка тоже родом из Польши.

В отличие от «Отца ночь», о котором мы рассказывали ранее, картина Элиз Отценбергер говорит о важном без надрыва и штампов. В истории об обретении прошлого и преодолении травмы народа найдется место и слезам, и смеху – и ничто из этого не выглядит лишним. В достаточно ярком диалоге о борще (в ресторане Анна заказывает борщ, но его приносят в ресторанной подаче – только бульон красного цвета, а девушка требует полноценный густой деревенский борщ) за наносным юмором на деле прячется большая трагедия, про которую хоть и сказано много, но все еще недостаточно. И именно такая подача – с юмором и шутками – воспринимается куда адекватнее и интереснее, чем очередное высказывание с выражением вековой скорби на серьезных лицах.

Кроме горя народа на примере отдельно взятой семьи здесь также ставится интересный вопрос самоидентичности. Кто эти люди: Французы? Поляки? Евреи? Как быть, если ты сам чувствуешь себя в Польше как дома, но твои предки бежали отсюда и обрывали все связи – лишь бы не вспоминать о мрачном прошлом? Наконец, как примириться с тем фактом, что у тебя может и вовсе не быть никакого прошлого – просто потому, что его вычеркнули из памяти целого поколения? Все эти вопросы звучали бы чудовищно, будь они заданы без капли иронии, но именно правильная расстановка акцентов сильно спасает ситуацию, выводя все на новый уровень.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Next page

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: