«Любовь твоей жизни»: Красивой картинки недостаточно

Романтическая драма Рэйчел Моррисон начинается как история о встрече двух людей, которым, кажется, повезло найти друг друга. Медсестра Майя (Маргарет Куолли) знакомится с Чарли (Гэбриел Бассо), когда приезжает забрать купленный через интернет предмет мебели. Между ними сразу возникает симпатия, роман развивается стремительно, и вскоре пара женится. Но пандемия COVID-19 рушит их планы: Чарли заражается коронавирусом и умирает, оставляя Майю один на один с горем. Спустя время она отправляется в Европу, пытаясь начать жизнь заново, и неожиданно для себя вновь влюбляется.

Главная проблема картины в том, что ее драматургия не выдерживает масштаба заявленной истории. Первой части отведено совсем немного времени, хотя именно здесь зрителю предлагают поверить в исключительность отношений Майи и Чарли. Мы видим счастливые моменты, знакомство с семьей, свадьбу, но почти не успеваем узнать героев за пределами их влюбленности. Поэтому смерть Чарли воспринимается как трагедия сама по себе, однако эмоциональная сила потери не вполне соответствует тому значению, которое ей придает сценарий. Сочувствовать Майе нетрудно, но прочувствовать вместе с ней всю глубину случившегося – уже сложнее.

После смерти мужа повествование меняет направление. Майя уезжает в Португалию, старается отвлечься от прошлого и постепенно сближается с Феликсом (Аарон Пьер) – обаятельным отцом-одиночкой. Их отношения ставят перед ней непростой вопрос: можно ли снова полюбить, не предав память о человеке, с которым собирался провести всю жизнь? В этой дилемме заложен потенциал для серьезного разговора о горе и чувстве вины. Однако сценарий торопится и здесь: Майя проходит через очередные перемены, но переходы между ними не всегда убедительны. Фильм скорее обозначает этапы ее внутреннего пути, чем показывает, что именно заставляет ее меняться.

Не помогает и сам Феликс. Он заботлив, обаятелен, умеет поддержать Майю и, кажется, готов принять ее со всеми переживаниями. Но за этим набором достоинств трудно разглядеть самостоятельного персонажа. Новый возлюбленный слишком часто выглядит удобным ответом на проблемы женщины, а не человеком со своими противоречиями. Из-за этого романтическая линия теряет убедительность именно там, где должна показать, почему Майя решается снова кому-то довериться.

Главным достоинством картины становится Маргарет Куолли. Ее Майя не всегда вызывает симпатию: она замыкается в себе, отталкивает близких и порой ведет себя эгоистично, словно чужие чувства перестают для нее существовать. Одни зрители увидят в этом недостаток характера, другие – правдивое изображение человека, который не справляется с горем и невольно причиняет боль окружающим. Куолли не пытается оправдать поступки своей героини или сделать ее безусловно привлекательной. Вместо этого актриса показывает противоречивую женщину, которая ошибается, злится и задевает других, сама не понимая, как выбраться из собственного отчаяния. Жаль, что сценарий не всегда позволяет раскрыть эту сложность: понять состояние Майи удается чаще, чем проследить, как оно меняется.

Моррисон, известная прежде всего как оператор и первая женщина, номинированная на «Оскар» в соответствующей категории, уделяет особое внимание визуальной стороне. Вместе с оператором Тоддом Банхазлом она превращает Португалию и другие места, куда приезжает Майя, в череду выразительных, залитых солнцем пейзажей. Кадры хочется рассматривать, но красота картинки временами вступает в противоречие с содержанием. История о человеке, пережившем разрушительную потерю, выглядит слишком уютной и приглаженной. Вместо того чтобы усиливать драматизм происходящего, визуальная эстетика словно смягчает переживания Майи, превращая тяжелый внутренний кризис в живописное путешествие к новой жизни.

При этом фильм не сводится к поиску очередного романтического партнера. Вопрос о том, кто станет любовью всей жизни Майи, оказывается не таким важным, как кажется по названию. Постепенно на первый план выходит ее способность принять прошлое и перестать воспринимать собственное счастье как предательство умершего мужа. Это, пожалуй, самая интересная идея картины: новая любовь не обязана заменять прежнюю, а продолжение жизни не обесценивает пережитого.

Жаль, что сценарий не раскрывает эту мысль в полной мере. Событий в жизни Майи много, но далеко не все складываются в убедительную историю внутренних перемен. «Любовь всей твоей жизни» остается красивой мелодрамой, которая во многом держится на игре Куолли, но не всегда подкрепляет ее работу достаточно глубоким сценарием. Фильм говорит о том, что после тяжелой потери можно снова научиться жить, однако путь от горя к принятию оказывается скорее обозначен, чем по-настоящему раскрыт.