«Фонарям» тут не место

Киновселенная DC продолжает искать новые способы рассказать о супергероях, и «Фонари» – один из самых любопытных экспериментов на этом пути. Вместо привычного противостояния добра и зла зрителям предлагают приземленный криминальный детектив с очарованием «Настоящего детектива», суровостью «Йеллоустоуна» и атмосферой американской глубинки в духе братьев Коэн. Но главное достоинство сериала – не фантастическая мифология и даже не загадка, вокруг которой строится расследование, а отношения двух совершенно разных мужчин.

Хэл Джордан – опытный Зеленый Фонарь, которому поручают обучить молодого напарника Джона Стюарта. Вместе они расследуют загадочную смерть в небольшом городке Небраски и вскоре обнаруживают, что за внешне обычным делом скрывается нечто гораздо более серьезное. И внеземное. При этом напарники с трудом находят общий язык: Хэл привык полагаться на собственную интуицию и не особенно стремится делиться властью, тогда как Джон относится к службе гораздо серьезнее и не готов безоговорочно принимать методы наставника. Расследование проверяет не только их профессиональные навыки, но и мораль и способность работать с человеком, чьи взгляды заметно отличаются от твоих.

Именно в столкновении характеров «Фонари» находят главный источник энергии. Хэл и Джон постоянно спорят, подкалывают друг друга и не упускают случая продемонстрировать взаимное недовольство. Их перепалки одновременно смешат и заставляют переживать за героев. Это один из самых удачных экранных бромансов последних лет – не потому, что персонажи быстро становятся друзьями, а потому, что сериал не торопит их сближение.

Кайл Чендлер словно всю карьеру шел к этой роли. Его Хэл – далеко не образцовый супергерой: язвительный, временами безответственный и совершенно не готовый признать, что годы берут свое. Он привык действовать по собственным правилам и мало считается с чужими ожиданиями. Кольцо Зеленого Фонаря для него не только оружие против межгалактических угроз, но и способ воплощать разные прихоти: например, создать фальшивую купюру, чтобы включить музыкальный автомат в баре, или открывашку для пива. Во время зарядки «оружия» Джордан настолько быстро проговаривает знаменитую клятву корпуса космических копов, словно это не священные слова, а лишь надоедливая помеха, мешающая землянину исполнять долг. А во время допроса Хэл и вовсе пытается расколоть подозреваемого с помощью «Гарри Поттера». В таких эпизодах отчетливо проявляется его бунтарский характер. За показной самоуверенностью, однако, скрывается человек, который привык считать себя незаменимым и теперь вынужден столкнуться с перспективой своего ухода.

В этом есть параллель с Робертом Дауни мл., который когда-то превратил не самого популярного супергероя в одного из главных любимцев зрителей. 61-летний Чендлер тоже находит в персонаже, чья привлекательность не очевидна с первого взгляда, нечто большее, чем набор знакомых жанровых качеств. Его Хэл может стать одним из самых обаятельных супергероев последних лет, а сама работа заслуживает внимания в наградном сезоне.

Не хочется умалять и талант Аарона Пьера: его Джон Стюарт получился более чем достойным. Он сдержан там, где Хэл привык демонстрировать превосходство, внимателен к деталям и не позволяет наставнику окончательно превратить обучение в издевательство. Пьер играет человека, который не склонен сразу раскрывать свои эмоции и предпочитает сначала разобраться в происходящем. На фоне экспрессивного Джордана такая сдержанность исправно работает. Немаловажную роль играет и Нэйтан Филлион: его Гай Гарднер напоминает, что мир Зеленых Фонарей не ограничивается двумя главными героями. Однако именно отношения Хэла и Джона задают тон сериалу, позволяя говорить о власти, преемственности и нежелании уступать место следующему поколению.

Отдельного внимания заслуживает шериф Керри Кейн в исполнении Келли Макдоналд. Она не просто местный законник, вынужденный делить территорию с незваными супергероями. Керри замужем за Билли Мэйконом, сыном Уильяма – влиятельного владельца ранчо, который привык устанавливать собственные правила и располагает даже личным ополчением. В этом отношении «Фонари» особенно напоминают «Йеллоустоун»: здесь семья тоже становится самостоятельной силой, а родственные связи порой оказываются важнее закона. Керри, у которой имеются свои скелеты в шкафу, приходится балансировать между служебным долгом и семейными обязательствами, сохраняя независимость в городе, где власть, лояльность и личные интересы тесно переплетены.

За криминальной интригой и перепалками напарников скрывается более серьезная тема – родительство. «Фонари» задают вопрос, где проходит граница между заботой о ребенке и попыткой заранее определить всю его жизнь. Родительская любовь может выражаться в поддержке и готовности принять чужой выбор, но превращается в давление, когда взрослые настолько увлекаются собственными представлениями о будущем ребенка, что перестают замечать его желания в настоящем.

Особенно тревожно это выглядит в историях, где ребенку с ранних лет внушают, что он предназначен для чего-то великого. Уверенность в своей исключительности может придавать силы, но со временем превращается в обязанность соответствовать чужим ожиданиям. Ребенок растет с ощущением, что его жизнь уже расписана, а любое отступление от намеченного пути означает предательство семьи. Сериал не оправдывает родительский контроль одной лишь любовью: стремление уберечь близкого человека от опасностей может обернуться жестокостью и лишить его возможности самостоятельно решать, чего он боится и на что готов пойти.

Эта тема особенно ярко раскрывается в историях Стюарта и Джордана. Родители первого с детства готовили сына к великому предназначению, воспитывая в нем бесстрашие и готовность выдерживать любые испытания. В одной из сцен отец стреляет по яблоку, которое маленький Джон держит на голове, словно проверяя, достоин ли тот будущей роли. Но такая закалка имеет и обратную сторону: Стюарт растет с ощущением, что обязан оправдать возложенные на него надежды. Братья, называющие его Избранным, лишь усиливают давление.

У Хэла отношения с отцом складывались иначе, но тоже во многом определили его характер. Мартин Джордан поддерживал сына даже тогда, когда тот отказывался подчиняться правилам и вступал в конфликт с авторитетами. Воспоминания о нем объясняют, откуда у парня взялись упрямство, уверенность в собственной правоте и привычка идти до конца, не считаясь с последствиями. Однако за образом сильного и бесстрашного человека скрывается душевная боль, о которой в семье пилота не принято говорить открыто. Гибель отца, официально считавшаяся результатом авиакатастрофы, становится для Фонаря травмой, которую он так и не смог пережить.

В этом смысле персонажи оказываются ближе друг к другу, чем кажется поначалу. Джона воспитывали с мыслью, что он обязан стать героем, а Хэл унаследовал от отца представление о том, что нельзя уступать и показывать слабость. Оба привыкли воспринимать страх как нечто, что необходимо преодолеть любой ценой, хотя именно это мешает им разобраться в собственных чувствах. За супергеройским конфликтом проступает история о том, как родители передают детям не только убеждения, но и травмы, с которыми тем предстоит разбираться самостоятельно.

«Фонари» лучше всего работают тогда, когда не пытаются казаться масштабнее, чем они есть. Пыльные дороги Небраски, маленький город, подозрительные местные жители и расследование, которое постепенно выводит героев за пределы привычного мира, оказываются интереснее некоторых элементов космической мифологии. В камерном формате сериал обретает индивидуальность.

После провала фильма 2011 года с Райаном Рейнольдсом Зеленому Фонарю действительно требовалось новое экранное воплощение. Но главная заслуга создателей – не просто возвращение персонажа в супергеройскую вселенную, а найденное сочетание жанров и удачный актерский состав. «Фонари» превращают историю о космических полицейских в криминальную драму, где фантастические способности не мешают героям оставаться обычными людьми со своими слабостями и противоречиями. Зеленый свет здесь важен, но по-настоящему сериал загорается в те моменты, когда действующие лица перестают выяснять, кто из них прав, и пытаются понять, чего на самом деле боится другой.