Не умирай, любовь!

Жарким летом 2025-го мировой кинопрокат содрогнулся от провокационной «Материалистки», стартующей как бодрый анекдот о современном дейтинге и институте брака, а к финалу скатывающейся в приторную сказку о всепобеждающей любви. Однако главной заслугой фильма оказалось возобновление дискуссий о возрождении ромкомов, претерпевших глубокий кризис в минувшем десятилетии. Сквозь пелену зрительского цинизма наконец пробилась искренняя вера в то, что романтика на больших экранах может приблизиться к былому величию.

Из стриминга – в кинотеатры

С интенсивным распространением идей третьей волны феминизма, новой искренности и могущественных технологий беззаботные романтические комедии перестали отражать действительность и в широком прокате появлялись редко. А после пандемии, казалось, окончательно осели на стримингах, радуя домохозяек, сбегающих от реальности в байки о всепоглощающих чувствах, и парочек, экономящих на билетах в кино.

Переезд жанра в онлайн объясняется и экономией со стороны студий: для производства ромкомов, как правило, привлекают актеров помоложе, декорации попроще да сценарии покороче, потому поставить их на поток несложно. А мастерице жанра Нэнси Майерс, когда-то сотворившей «Чего хотят женщины» (2000) и «Отпуск по обмену» (2006), но недавно запросившей у Netflix $150 млн на новый проект, можно вежливо отказать.

Те же, кто все-таки рискнул, впоследствии упивались шампанским с лобстерами вприкуску. Ведь спрос на ромкомы у аудитории – притом не только женской или пубертатной – никуда не делся, да и в кино ходить не перестали. В общем, поживиться было чем, особенно при наличии добротной маркетинговой стратегии. Ведь если в арсенале имеются секс-символы вроде Глена Пауэлла и Сидни Суини, можно усеять таблоиды намеками на олдскульный пиар-роман и при бюджете $25 млн заработать на «Кто угодно, кроме тебя» (2023) почти $220 млн.

Надо признать, что не Суини единой жив ромком – за 5 лет до кассового чуда, сотворенного хитрыми промоутерами Sony Pictures, все в том же 2023-м Дженнифер Лоуренс достойно отбила кассу комедии «Без обид», и даже подсаживать публику на заедающую в голове песенку Unwritten, которая Feel the rain on your skin… и так далее, не пришлось.

Возвращение героев-любовников

И все же, к превеликому сожалению, авторитет киноромантики упал в глазах не только критически настроенной молодежи, но и ее прежних звезд. Причем неясно, что случилось раньше: студии начали отказываться от актеров A-списка в пользу начинающих или же сами селебрити отвернулись от жанра. Но факт остается фактом – красавчики вроде Мэттью МакКонахи, Колина Ферта и Джуда Лоу больше в легком кино не снимаются.

Даже дебютанты нынче все чаще пускаются покорять индустрию с чего-то якобы более серьезного. Тем не менее вдохновить молодых на новые свершения во имя нежных чувств вернулись именно маститые звезды, а к жанру вернулась даже Джулия Робертс, в 2010-х погрязшая в однотипных ролях мамочек, откуда ее вытащил заветный «Билет в рай» (2022). Да и как тут не вернуться, когда предлагают сыграть любовь с обаятельным Джорджем Клуни? Пусть Ричард Гир хотя бы чуточку поревнует!

Уговорили на долгожданный камбэк и Энн Хэтэуэй – та элегантно покорила зрителей стримингов «Мыслью о тебе» (2024), представ в образе чувственной милфы и по совместительству любовницы поп-звезды. Даже Риз Уизерспун подтянула за собой в ленту «К тебе или ко мне?» (2023) симпатягу Эштона Кутчера, ушедшего в тень лет этак на 10.

Да что там говорить, если сама Рене Зеллвегер в прошлый День святого Валентина воскресила свою каноничную героиню Бриджит Джонс? Не так феерично, но тоже вернулись к любимому жанру вечно разводящаяся в реальности и брачующаяся в кино Дженнифер Лопес («Первый встречный» и «Моя пиратская свадьба» 2022 года) и Линдси Лохан, активно восстанавливающая свою репутацию на Netflix («Ирландская мечта» и «Наш маленький секрет» 2024-го).

Тут и менее опытные, но более востребованные нынче коллеги подсуетились: с афиш «Материалистки» на прохожих томно взирают Педро Паскаль и Крис Эванс, который, кстати, в начале 2010-х тоже частенько в ромкомах мелькал. А их партнерша Дакота Джонсон к тому моменту и вовсе уже станцевала «В ритме ча-ча-ча» (2022) и засияла в каннских «Нескромных» (2025), препарирующих любовный жанр сквозь призму сатиры на пугающие тенденции нового века. А нынче на выжженном поле отношений доминируют так называемые ситуэйшеншипы, а моногамия считается привилегией узколобых неудачников.

И вот уже на этом фоне к «ласковому» жанру присматривается и мускулистый краш всея интернета Пол Мескал, заявивший после «Гамлета II» о своем намерении сняться в чем-то умильно-забавном.

Возрождение популярности жанра наметилось и в отечественном кино. В февральской «Несвятой Валентине», очевидно приуроченной ко Дню всех влюбленных, к киноромантике подступится целая плеяда молодых и перспективных харизматиков – от Тины Стойилкович до Алексея Онежена.

Благо есть на кого равняться. Например, на мастера на все руки Павла Прилучного, который параллельно со съемками в брутальных «Мажоре» и «Жизни по вызову» не чурается простых, но милых сказок о силе любви вроде прошлогодних картин «Постучись в мою Тверь» и «Притворись моим мужем».

Сохранение традиций

Для ромкомов нового поколения характерны осознанные (а местами не слишком) оммажи жанровым эталонам. Значительная часть хитрых отсылок, несомненно, используется лишь для того, чтобы деконструировать привычную зрителю формулу, над которой издеваются так называемые антиромкомы – от культовых «500 дней лета» до, например, технологичного «Компаньона» (2025).

К их стройному ряду будто бы подбивается и хрупкая «Фрау» (2023) Любови Мульменко, которая предлагает потонуть в океане хлесткой (само)иронии и леденящей (не)любви чудиков с выразительными глазами Лизы Янковской и Вадика Королева.

В остальных же случаях обращение к золотому фонду романтических приемчиков можно смело приравнять к искренним признаниям в любви к классическим лентам, их увековечившим. Что немудрено, ведь и современные постановщики, и их герои росли на тех же самых фильмах и впитывали те же представления об отношениях.

Пускай, по меркам зуммеров, и нереалистичные или даже опасные для ментального здоровья, но все еще духоподъемные. Причем в по-хорошему консервативной интерпретации на порядок духоподъемнее «оригиналов»: сравните, в частности, лучезарный драмеди-альманах Владимира Котта «Мужчина и женщина» (2024) и относительно минорную одноименную мелодраму Клода Лелуша. То-то и оно.

Надо признать, широкая публика все еще склонна очаровываться новинками, которые решительно отказываются от новых правил псевдоискренности и излишнего реализма. Например, в фильме «Кто угодно, кроме тебя» практически отсутствуют соцсети, смартфоны и прочие спутники гражданина XXI века. А сделано это было, вообще-то, намеренно – режиссер Уилл Глак подмечал, что присутствие телефона в кадре «уничтожает любой сюжетный поворот, потому что таким образом ты понимаешь, где что спрятано». И правда, у Гарри и Салли мобильников не наблюдалось, жили себе реальную жизнь и любили друг друга реальной любовью, чем не красота?

В своем старомодном труде Глак сдувает пыль и с традиционного для лавстори приема, предполагающего неловкость, но вместе с тем исключительную романтичность первой встречи героев. Зовется он meet cute, и встречался среди прочего в «Интуиции» (2001) и «Отпуске по обмену». А пару лет назад с помпой вернулся вместе с пошумевшей в TikTok сценой знакомства героев Суини и Пауэлла в кофейне, где блондинку отказывались пускать в уборную, пока улыбчивый принц не спас ее, купив несчастный стаканчик чая. Чтобы слиться с дамой в типичном для жанра мгновенном приливе чувств (instalove, от англ. instant – «моментальный»), а после эти чувства поставить под сомнение.

Сомнения героев в верности собственных моральных ориентиров вообще частенько ставятся во главу романтического угла. Отсюда же растут корни и превращения изначально ветреного персонажа (чаще мужского пола) в умника, которому не чужды социально одобряемые принципы и стремление любить и отдавать.

Что 20 лет спустя передалось по наследству от Уилла Смита из «Правил съема: Метод Хитча» Кузьме Сапрыкину, страдающему от не прощающего ошибок кармического бумеранга в «Олене» (2024). Равно как и, сдается, дерзкой художнице в чуть ли не в панковском исполнении Валери Зоидовой, взрослеющей на оленьих глазах Дениса Власенко в сентиментально-ортодоксальных «Страстях по Матвею» (2023).

Нам по дороге

Сомневаться можно и в случайности, которая свела вместе две, казалось бы, совершенно несовместимые души – оду вынужденной близости, что приводит к близости желаемой, пели еще Кэмерон Диас и Эштон Кутчер в ностальгическом «Однажды в Вегасе».

В такт ей игриво разъезжает и Ирина Старшенбаум в недавних «дорожных» ромкомах, «Втроем» (2024) и «Туда» (2025), по интересному совпадению заставляющих героинь обеих картин оперативно терапевтироваться и влюбляться в незнакомцев на соседнем сиденье тачки в процессе автопробега по России.

Впрочем, до долгожданного хеппи-энда и принятия собственного «я» доехать можно как на машине, так и на менее очевидных транспортных средствах. Ведь помимо Старшенбаум, искала любовь на тернистой дороге и Ольга Лерман, лихо рассекающая шоссе и незакрытые сердечные гештальты на родном двухколесном в «Поехавшей» (2023).

Для других героинь нынче и велик кажется вещью довольно тривиальной – кудряшка Анна Завтур из фестивального хита «Походу любовь» (2025), переосмысляющего уже сакральные алмазы 2000-х «Питер FM» и «Прогулку», путешествует по чарующим закоулкам летнего Петербурга и вовсе на антикварной металлической кровати. Благо с таким симпатичным штурманом, как моментально располагающий к себе Кузьма Котрелев, и такого рода авантюра будет нипочем.

Путь-дорога к заветному «долго и счастливо», однако, может затянуться и в узелок потуже да пожарче, если полярные по духу и бэкграунду персонажи находят друг друга в оковах той самой вынужденной близости в условиях близости территориальной. Российский ромком-ландшафт последних лет прямо-таки запестрил пылкими нарративами, вместе с экранными соседями потихоньку шагающими в сторону любви. Причем шагающими не от дружбы, как в легендарном американском ситкоме, а от самой настоящей ненависти.

В подобных камерных зарисовках влюбляются друг в друга и в превратности жилищно-коммунального хозяйства обитатели одних и тех же подъездов – спросите об этом, например, у Ангелины Стречиной и Павла Табакова, смущенных теснотой лифта не по своей воле, но «По любви» (2025). Или, если не испугаетесь, у сильной и независимой Ани Чиповской, перевоспитывающей Владимира Яглыча по ходу фильма «Любви не бывает?» (2024).

Под киношные чары попадают даже соседи по параллельным вселенным: покорив вертикальные ленты соцсетей и народные топы, Мила Ершова и Юрий Насонов отвоевали свое право на любовь и квартирку в центре все той же Северной столицы в зумерском сай-фай-шлягере «Сводишь с ума» (2025).

Случайность и сомнения в природе рвущихся изнутри чувств неумолимо пересекаются и в других архетипичных экранных романах. Тех, что представляют собой общественно порицаемые отношения вида май-декабрь, где женщина с большей вероятностью оказывается старше своего возлюбленного, и с недавних пор все чаще встречаются в романтике вроде уже упомянутых «Мысли о тебе» или сиквела «Бриджит Джонс».

К Хэтэуэй и Зеллвегер присоединилась Николь Кидман, нырнувшая в страстную интрижку с качком Заком Эфроном в «Семейном деле» (2024). А также – внезапно! – Елена Лядова, на двоих с – внезапно! – Никитой Кологривым разыгравшая трогательную пьесу о неравном, но в конечном счете гармоничном браке в рамках хулиганской мелодрамы «Подростки. Первая любовь» (2024).

Цветет и пахнет

Пока голливудские студии производство ромкомов всячески удешевляли и останавливали у дверей кинотеатров, любовному настроению без всякого стеснения отдались прокатчики в Китае и Индии. И уж тем более подобные истории отлично себя чувствуют в Южной Корее – без преувеличения, большая половина дорам являет собой не что иное, как легкие комедии о влюбленности и ее превратностях.

Среди них – сериалы «Давай поженимся» (2024) (не путать с шоу Ларисы Гузеевой) и «Прикоснуться к душе» (2025) и многие другие мыльные оперы, затянувшие в корейские сети немало неравнодушных девчонок со всего мира. В романтических дорамах без труда найдутся все классические приемчики 1980-х вроде instalove или meet cute – разве что в скромном азиатском прочтении немного видоизмененные. А их каст становится идолами похлеще, чем в свое время были Робертс и Гир.

Такой же статус у себя в Турции имеют и Ханде Эрчел и Керем Бюрсин, звезды сериала «Постучись в мою дверь» (2020–2021) – самой что ни на есть романтической комедии, пусть и растянутой на бесчисленное множество серий. Но любви, как известно, много не бывает. Эрчел недавно лично привозила в Москву ромком «Оставь это ветру».

И хотя ТВ и стриминги все еще битком набиты подобным контентом (что никому вреда вроде как не причиняет, но жанр некоторым образом обесценивает), надежды на возвращение ромкомов в своем наилучшем обличье сейчас и впрямь крепки как никогда. Раньше, естественно, трава была зеленее, а Хью Грант, Колин Ферт и даже Евгений Цыганов – моложе и задорнее. Но это вовсе не повод вторить пессимистичной риторике о том, что романтика умерла как в жизни, так и в кино.