«Тик-так… БУМ!»: Блеск и нищета Эндрю Гарфилда

В США фильм Лин-Мануэля Миранды «Тик-так… БУМ!» носят на руках. Как минимум из-за того, что создатель мюзиклов из Эндрю Гарфилда получился куда более убедительный, чем дружелюбный сосед Питер Паркер. Создатель, к слову, совершенно реальный. Картина поставлена по автобиографическому мюзиклу Джонатана Ларсона, трехкратного лауреата «Тони» и обладателя Пулитцеровской премии. Все эти награды он завоевал посмертно: его жизнь трагически оборвалась в 1996 году от аневризмы аорты. Ларсон немного не дожил до 36-летия.

Действие «Тик-так… БУМ!» происходит в двух временных измерениях. 1992 год: Ларсон блистает на сцене нью-йоркского театра. Выступает перед аудиторией с музыкальными номерами и без прикрас рассказывает о своих недавних мытарствах. 1990 год: за неделю до 30-летия Джонатан сетует, что до сих пор ничего не добился (в отличие, например, от Пола МакКартни). Хотя молодой человек считает себя «будущим музыкального театра» и свято верит, что рок-мюзикл «Супербия», над которым он работал 8 лет, ждет неминуемый успех.

Лин-Мануэль Миранда – один из важнейших американских композиторов и драматургов прямо сейчас. Он ставил хитовые спектакли на Бродвее, в том числе – знаменитого «Гамильтона», записывал песни и музыку к мультикам и блокбастерам от «Моаны» до «Звездных войн», номинировался на «Оскара», «Эмми» (трижды) и «Золотой глобус» (трижды).

То есть страсть к мюзиклам у него в крови, и произведениями Ларсона он восторгался с юных лет. Но «Тик-так… БУМ!», свой режиссерский дебют, он превратил не столько в любовное послание конкретному человеку, сколько в трогательную открытку вообще всем творцам, которые ловят за хвост юркую птицу удачи, сомневаются в своих силах, но, несмотря ни на что, движутся дальше. Пусть и приходится порой ступать по осколкам вдребезги разбитых надежд.

Поначалу, правда, лента вызывает смешанные чувства. Да, магнетический перформанс Эндрю Гарфилда гипнотизирует и восхищает (еще, что немаловажно, актер отлично поет). Однако история пути его персонажа к успеху кажется довольно стереотипной. Он мучается от творческого кризиса. Не может платить по счетам. Работает в кафешке в Сохо, параллельно пишет песни и мечтает о всемирной славе.

Все это чересчур жизнерадостно, до неприличия оптимистично, крайне мелодраматично, предсказуемо и потому не слишком интересно. Музыкальные и танцевальные этюды, рэп-клипы, страстные монологи сменяют друг друга со скоростью пулеметной очереди, и далеко не всегда эта шумная, пестрая чехарда выглядит гармонично.

Создается впечатление, что фильм абсолютно эквивалентен главному герою. Ларсон отчаянно пытается поразить окружающих своими неоспоримыми достоинствами, влюбить в свое творение строгих критиков, заразить энтузиазмом приятелей.

Так и Миранда старательно демонстрирует нежную любовь к мюзиклам, песням и пляскам, совершенно не заботясь, как скоро у зрителя начнет рябить в глазах. «Как убедить людей купить дерьмо, которое им не нужно?» – задается вопросом Ларсон в диалоге с товарищем-рекламщиком. В чем-то похожем, кажется, убеждает нас и режиссер.

А потом картина резко меняет тональность. Становится не просто серьезной, но пронзительно искренней, исповедальной, вдумчивой, менее вычурной и кричащей, что по-прежнему сопровождается бьющей ключом энергетикой Гарфилда и теперь производит поистине ошеломляющий эффект. В молодости нам нередко кажется, что мы всемогущи. Что для нас не существует границ и запретов. Что нам уготована вечная жизнь.

Однако на пороге 30-летия Ларсона терзают когти невыносимого одиночества и гнетущей неуверенности. Он теряет девушку. Друзей. Веру в свою исключительность. И лишь колоссальным усилием воли удерживает на плаву утлую лодчонку вдохновения, хотя житейские бури наносят ей сокрушительные удары.

Время мчится слишком быстро. Бессмертие далеко. Ни одна живая душа (или сам Бог) не гарантирует тебе признания, сколько бы гениальных с твоей точки зрения вещей ты ни создал. И есть, по сути, один-единственный выход. Творить, творить, творить, не прекращая ни на день, ни на минуту, робко надеясь на то, что однажды тебе повезет.

Возможно – только лишь возможно – каким-то чудом ты окажешься не очередным кирпичиком в стене, а всеобщим кумиром и ослепительной звездой. Сумеешь разжечь из искры таланта яркое пламя и согреть души всех вокруг тебя.

«В наших силах решать, что делать со временем, которое нам отпущено», – говорил мудрый Гэндальф. Вероятно, вы найдете более полезное применение двум часам, которые Лин-Мануэль Миранда и Эндрю Гарфилд предлагают провести в обществе Джонатана Ларсона. Но именно эти два часа заставляют задуматься, как бы не спустить в трубу ближайшие 10 лет.