От возрождения российского кинопроката до стриминговых войн.
В январе мы подводили индустриальные итоги года. Однако закончился не только год. Завершилась первая четверть века, и за это время произошло немало событий, которые изменили, как бы это громко ни звучало, абсолютно все. Тектонические сдвиги коснулись действительно всего – от кинопроизводства на всех его этапах до проката. Без чего, что появилось или растворилось в небытии за последние 25 лет, российский кинематограф был бы совершенно другим, – в расследовании «КиноРепортера».
Возрождение кинопроката
Российский кинопрокат в начале XXI века находился в бедственном положении. Большая часть кинотеатров в 1990-е превратилась в мебельные и автосалоны, торговые и фитнес-центры. Это был чудовищный удар по некогда мощнейшей мировой киноиндустрии. В результате в 2000 году по всей стране функционировало лишь чуть более 300 киноплощадок, в основном требующих технического переоснащения и ремонта. Достаточно сказать, что лишь единицы могли показывать кино хотя бы со стереозвуком.
В октябре 1996 года в Москве открылся «Кодак Киномир», ставший первым в стране кинотеатром с многоканальным звуком Dolby Surround. Долгое время он оставался единственным, что позволило ему стать одним из самых прибыльных однозальников в мире.
К 2000 году в России насчитывалось 58 кинотеатров и 84 экрана, которые отвечали современным требованиям. И темпы роста кинотеатральных сетей в те годы были поистине головокружительными. Всего через пять лет по стране работало уже 558 переоборудованных и выстроенных заново кинотеатров с 1061 экраном.
Сегодня российский кинопрокат – это около 2300 кинотеатров, а количество экранов в общей сложности перешагнуло отметку в 6 тысяч. И это позволило, например, обеспечить каждому из трех главных участников «новогодней битвы – 2026» – «Чебурашке 2», «Простоквашино» и «Буратино» – по 2500 экранов.
Конечно же, такие объемы повлияли на сборы: самый кассовый фильм российского проката 2000 года – экшен Доминика Сены «Угнать за 60 секунд» – собрал около 38,5 млн рублей, а самая кассовая картина 2025-го – сказка Игоря Волошина «Волшебник Изумрудного города. Дорога из желтого кирпича» – 3,4 млрд. Разумеется, не будем забывать об инфляции, но разница почти на два порядка говорит сама за себя.
Кино как аттракцион
В апреле 2003 года в Москве на Ленинградском шоссе открылся первый кинотеатр IMAX. Гигантский экран и трехмерная картинка, которую обеспечивали специальные поляризационные очки, вызвали ажиотаж, подобный открытию в 1990-м первого ресторана «Макдоналдс» на Пушкинской площади.
IMAX стремительно превратился в целую сеть, влившись в растущие как грибы мультиплексы. К июню 2022 года, когда корпорация IMAX официально ушла с российского рынка вслед за голливудскими мейджорами, в стране насчитывалось 54 кинотеатра этой сети.
На фоне большого интереса к кино в 3D, который охватил в те годы весь мир и привел к появлению специальных версий картин, практически в каждом крупном кинотеатре появились залы для просмотра трехмерных версий блокбастеров.
Более того, технологические компании решили не останавливаться на достигнутом, и появились залы с 4D, 5D и даже 9D и XD. Под этими цифрами скрывались дополнительные эффекты, как то: вибрация кресла, ветер, брызги воды, туман, световые эффекты, изменения температуры. Подо все эти дополнительные ощущения при просмотре пишутся специальные программы.
Однако спрос на подобные развлечения постепенно угас. В итоге крупнейшие производители телевизоров, которые соревновались в 2010-е, кто создаст самый большой экран с поддержкой 3D, и даже сделавшие их вогнутыми, уже в 2016 году полностью отказались от этой технологии и сконцентрировались на 4К и HDR.
Параллельно от съемок специально под 3D постепенно отказались и сами кинематографисты. Сегодня 3D в кино – это, как правило, результат постобработки, и зрителей, готовых платить за этот аттракцион, уже в разы меньше, чем раньше.
Прощай, пленка!
В мае 2002 года в прокат вышел фантастический блокбастер Джорджа Лукаса «Звездные войны: Эпизод 2 – Атака клонов» – первый крупный проект, полностью снятый на цифровые кинокамеры. Этот фильм наглядно показал, что качество изображения, которое обеспечивают новые технологии, соответствует высочайшим стандартам, а значит, от кинопленки можно смело отказаться. А оснований для этого хватало.
Прежде всего, при съемке на «цифру» результат можно увидеть сразу и решить, нужны ли еще дубли. Кроме того, цифровые камеры значительно легче и компактнее пленочных, а это открыло перед операторами совершенно новые возможности. Особенно с появлением высококачественных портативных камер, способных снять вообще что и откуда угодно: в какой-то момент фильм без пролетов, снятых с помощью дрона, просто невозможно было представить.
Главное же, это резко снизило бюджет съемок. Можно было забыть об экономии, ушли в прошлое истории, подобно той, что случилась на дебюте Никиты Михалкова «Свой среди чужих, чужой среди своих» (1974): причиной появления там черно-белых эпизодов были на самом деле не художественные решения, а банальная нехватка цветной пленки.
Первым российским широкоэкранным фильмом, полностью снятым на «цифру», стала экспериментальная картина Александра Сокурова «Русский ковчег» (2002), знаменательная еще и тем, что в ней удалось запечатлеть 35 залов Эрмитажа одним непрерывным кадром без склеек.
Появление все новых и новых цифровых камер – со все большим разрешением и низкой ценой – практически вынуждало кинематографистов отказаться от пленки. Более того, именно приход цифровой эры сделал кино демократичнее. Фильм, который выйдет в широкий прокат, теперь может снять кто угодно.
1 марта 2023 года на «Мосфильме» закрылась последняя в России лаборатория по проявке кинопленки, и эту дату можно считать днем, когда эпоха пленки в отечественном кинематографе подошла к концу.
Сегодня все еще остаются режиссеры-ретрограды, упорно снимающие на пленку. Так в июле 2026 года стартует «Одиссея» Кристофера Нолана, на съемки которой было потрачено свыше 600 километров пленки. Но это крайне дорогое удовольствие, которое в наши дни мало кто может себе позволить.
Смартфон – и больше ничего
В 2007 году Стив Джобс представил сенсационную разработку компании Apple – смартфон iPhone 2G. И значение появления этого гаджета в тот момент не мог оценить даже он сам, потому что история разделилась на до и после, и есть те, кто сегодня считает, что для человечества это было величайшее зло.
Поводом для такой позиции стало то, что с появлением в нашей жизни смартфонов, сформировалось такое занятие, как «залипать в телефон». И неважно, с какой целью – ради переписки в соцсетях, роликов в тиктоке, мобильных игр, сидения в пабликах. Это фатальным образом сказалось на социуме. Люди стали меньше общаться вживую, меньше читать книги.
Хотя, конечно, плюсов у смартфонов несказанно больше. В том числе и для кинематографа. Уже первый айфон был наделен камерой с разрешением 2 мегапикселя, сопоставимой по уровню с любительскими цифровыми фотоаппаратами того времени. Спустя несколько лет камера была всегда с собой у большинства жителей планеты, а «мыльницы», как называли недорогие камеры со встроенным объективом, стали стремительно терять спрос.
Камеры в смартфонах совершенствовались невероятно быстро, что привело даже к появлению широкоэкранных фильмов, полностью снятых на этот гаджет. Так, например, в 2018 году известный экспериментатор Стивен Содерберг снял на iPhone 7 Plus триллер «Не в себе». Отныне для того, чтобы снять кино, которое увидит весь мир, стало достаточно обычного мобильника!
Первым российским проектом, снятым на смартфон, стала комедия Бориса Гуца «Фагот» (2018). Очень пригодились высокие технические характеристики смартфонов во время ковидных ограничений, когда вышло несколько кинопроектов, в которых большая часть материала представляла собой видео, самостоятельно снятое сидящими дома артистами на фронтальную камеру.
Наконец, то, как много времени молодые (и не только) люди проводят, уткнувшись в экран смартфона, привело к появлению киноконтента, изначально снятого для мобильных устройств. Причем не только со стандартной горизонтальной размерностью экрана, но и вертикальной. Более того, вертикальные микродрамы превратились в отдельное направление кино.
Захват движений и душ
Первым значимым фильмом, продемонстрировавшим всю мощь компьютерных эффектов, считается «Терминатор 2: Судный день» (1991) Джеймса Кэмерона. Однако технологии, которые по-настоящему изменили кинематограф, сделав реализуемой любую самую смелую фантазию, появились уже в XXI веке. И прежде всего это касается технологии захвата движений motion capture.
С помощью десятков датчиков, закрепленных по всему телу и лицу актера, оживляют 3D-модель, передавая ей малейшие нюансы движений и мимики. При этом модель может быть как полной копией артиста, так кем и даже чем угодно. Например, британский актер Энди Серкис вдохнул жизнь не только в Голлума во «Властелине колец» (2001–2003) и «Хоббит: Нежданное путешествие» (2012), но и в огромную гориллу в «Кинг Конге» (2005) и шимпанзе Цезаря во франшизе «Планета обезьян» (2011–2017).
Существо, оживленное актером с помощью motion capture, даже не обязательно должно быть антропоморфным. Достаточно вспомнить работу Бенедикта Камбербэтча в двух частях трилогии «Хоббит», где он не только разговаривал, но и двигался за дракона Смауга.
Ныне люди и существа, населяющие киноэкраны и компьютерные игры благодаря технологии, давно обыденное дело. Она отточена настолько, что обнаружить подобное «инородное тело» уже почти невозможно.
Не отстает и Россия. Первым отечественным фильмом, использовавшим motion capture, стал анимационный «Кукарача 3D» (2011). Это был тот случай, когда первый блин вышел комом. Но за последующие 15 лет появились десятки куда более достойных примеров. Один из самых свежих – «Буратино» (2026) Игоря Волошина, в котором ожившего деревянного мальчика сыграла Виталия Корниенко.
ИИ и мы
Безусловно, самая свежая инновация в области кинематографа, которая пока находится в стадии становления, это использование искусственного интеллекта. И, наверное, самым заметным и эффектным его проявлением стала технология deepfake, позволяющая наложить на лицо актера реалистичную маску другого человека. И конечно, особенно эффектно это выглядит в случае, если это маска человека, которого уже нет в живых.
В 2022 году большой информационный шум вызвал выход мини-сериала «Диверсант. Идеальный штурм», в котором на целых 8 минут экранного времени появляется герой Владислава Галкина. Актер умер еще в 2010-м, и зрители были потрясены тем, насколько правдоподобно получился его двойник. Шум же возник вокруг этических вопросов, связанных с подобными экспериментами. И вопросы эти остаются открытыми.
Между тем использование нейросетей набирает обороты, и оно поистине безгранично. Уже давно идет разработка российской технологии, с помощью которой любой иностранный артист сможет разговаривать на экране по-русски собственным голосом с сохранением нужной артикуляции. ИИ смоделирует не только русифицированную аудиодорожку, воспроизведя тембр голоса артиста, но и видеоряд, изменив движение губ на экране.
Вовсю используют нейросети в своей работе сценаристы. ИИ помогает с составлением оптимального съемочного графика, расчетом сметы. А уж постпродакшен в скором времени без него будет уже просто немыслим. Например, казахстанская разработка Higgsfield позволяет как угодно менять направление, цвет и мягкость света у уже отснятого материала, что делает практически ненужными волнения по поводу квалифицированных специалистов по свету на площадке.
Крах института звезд
Появление в нулевые соцсетей и бурное развитие широкополосного интернета окончательно стерло границу между звездами и поклонниками. Институт звезд, который преподносил их как небожителей, стал рушиться на глазах. Мы и сегодня по старой памяти называем популярных артистов звездами, однако это слово утратило былой смысл.
И это не могло не сказаться на киноиндустрии. Уже в 2010-х голливудские мейджоры отказались от практики пакетных контрактов с топовыми актерами, убедившись в том, что ни один из них не может гарантировать кассу.
Достаточно вспомнить, например, «Лазурный берег» (2015) с Анджелиной Джоли и Брэдом Питтом. Мелодрама, которая снималась в медовый месяц самой яркой на тот момент актерской пары в мире, вышла в десятках стран и, несмотря на, казалось бы, бешеную химию тандема, собрала в общей сложности $3,3 млн.
По счастью, российской индустрии перестройка не понадобилась, поскольку в нашей стране контрактные отношения студий и актеров не были в ходу. Другое дело, что отечественные киноделы быстро подхватили тренд, появившийся в качестве новой бизнес-модели.
А череда крупных провалов оригинальных проектов вроде «Джона Картера» (2012) и «Одинокого рейнджера» (2013), совместными усилиями нанесших корпорации Disney ущерб свыше полумиллиарда долларов, привела к идее, что в дальнейшем нужно сделать ставку на узнаваемые образы, то есть на сиквелы, ремейки и экранизации популярных произведений.
В России это наиболее ярко проявилось в анимационном сегменте в не прекращающей с 2004 года свое победное шествие по большим и малым экранам «богатырской» франшизе студии «Мельница», а в игровом – в родственном, хотя и не имеющем к нему никакого отношения цикле «Последний богатырь» (2017–…). За трилогией Дмитрия Дьяченко последовали сериал и полнометражный спин-офф про богатыря Финиста.
Сказки всему голова
Кроме прочего, «Последний богатырь», по сути, реабилитировал в глазах кинематографистов жанр сказки, чье реноме было подмочено неудачей «Книги мастеров» (2009) – первым проектом студии Disney, снятым в России и для России. Собрав 1,7 млрд рублей и обойдя по сборам даже «Форсаж 8», первая часть будущей франшизы стала самым кассовым российским фильмом 2017 года, получила два продолжения и доказала, что сказки имеют огромный потенциал.
Если до этого момента в постсоветскую эру они снимались крайне редко и без особого успеха, то в 2020-е на зрителей обрушился поток сказок. В 2025 году в десятку самых успешных кинорелизов попали сразу четыре — «Волшебник Изумрудного города. Дорога из желтого кирпича», «Финист. Первый богатырь», «Горыныч» и «Алиса в Стране чудес», чья совокупная касса составила около 8,8 млрд рублей.
А 2026 год обещает стать рекордным по количеству сказочных проектов. Уже на данный момент их вышло шесть, и четыре из них – «Чебурашка 2», «Простоквашино», «Буратино» и «Сказка о царе Салтане» – возглавляют список самых кассовых фильмов года. Их общая касса – свыше 13 млрд рублей.
Рождение онлайн-кинотеатров
К 2000 году в России уже был сформирован рынок лицензионной видеопродукции на VHS-кассетах, вполне уверенно конкурирующей с пиратской. А уже с 2002-го кассеты начали стремительно теснить DVD-диски, ставшие невероятно популярными с появлением доступных плееров.
Цифровое изображение с разрешением 1920х1080 сменило аналоговое с соотношением сторон 640х480, и это уже было колоссальным прорывом. Однако в 2008 году на рынке появился новый продукт — диски Blu-ray, способные вмещать в себя до 50 гигабайт информации, тогда как даже двухслойный DVD – лишь 8,5.
Эти цифры позволили сделать еще один качественный рывок – стало возможным в домашних условиях смотреть кино в 4К и в самых продвинутых аудиоформатах. По сути, качество изображения и звука на них как минимум не уступало кинотеатральному, а в некоторых случаях и превосходило, особенно когда домашние проекторы перестали быть роскошью.
И все же BD-диски ждала та же судьба, что и все предшествующие форматы. Закат эпохи носителей информации обусловил рассвет новой – эры стримингов. И как обычно бывает, все упиралось в деньги.
Когда вопрос стоит, что выгоднее – купить диск за 3 тыс. рублей, чтобы посмотреть фильм и поставить его на полку, вероятнее всего, навсегда (и это не считая стоимости плеера), или примерно за те же деньги оформить годовую подписку на онлайн-кинотеатр, где можно смотреть фильмы и сериалы в любых количествах, – ответ очевиден.
Стриминговые войны и победы
Первой российской стриминговой платформой стала IVI, запущенная в феврале 2010 года и долгое время остававшаяся единственной. На тот момент зрители просто не очень понимали, зачем им платить за просмотр видеоконтента, когда все это есть в сети практически в открытом доступе.
В течение 2010-х годов на рынке появились практически все сегодняшние онлайн-кинотеатры: Okko в 2011-м, «Амедиатека» в 2013-м, Start в 2017-м, «КиноПоиск HD», Premier и Wink в 2018-м. Последним подоспел KION, история которого берет отсчет с апреля 2021 года.
Глобальные изменения в этом сегменте индустрии, а параллельно и в сознании потребителей, начались во время пандемии COVID-19, которая заперла дома весь мир. Сидя в четырех стенах, нередко лишившись работы, люди стали охотнее подключаться к стримингам, тем более что те шли на все, чтобы обойти конкурентов. Тут и льготные подписки, и эксклюзивы, а главное, оригинальные сериалы.
За время ковидных ограничений и последствий санкций (и прежде всего с уходом из России голливудских мейджоров) онлайн-сервисы успели практически максимально нарастить базу подписчиков, но их предстояло еще и удержать. Это привело к «гонке вооружений» – стремительному росту количества оригинальных продуктов. А где количество – там и качество.
Пожалуй, ничто так не повлияло на киноиндустрию за все эти годы, как стриминги. Кратное увеличение количества одномоментно снимаемых проектов открыло огромные возможности для профессионального роста молодых специалистов во всех сферах производства. Кроме того, менее жесткие, нежели в кино и на телевидении, цензурные ограничения сделали возможным появление не только новых, смелых и актуальных тем, но и нового киноязыка.
Все это повлияло и на статус сериалов как таковых. Из нишевого продукта, к которому сами кинематографисты относились лишь как к возможности заработать, сериалы превратились в ключевой формат, уверенно теснящий позиции полнометражного кино. В сериалы пришли деньги, большие мастера и актеры, которые ценят возможность рассказать историю, не будучи скованными рамками 2 часов.
Подводя итоги прошедших 25 лет, можно сказать, что не было до и, наверное, уже не будет после таких стремительных и глобальных изменений во всех сегментах индустрии. Безусловно, нас ждет еще много интересного, но таких «русских горок» в скором времени ждать не приходится. Впрочем… не будем загадывать.
Комментарии