Вечно молодой: К 70-летию «Современника»

«Нас пугало, что свежий ветер современности редко врывается на ту самую сцену, которую Станиславский и Немирович-Данченко всегда стремились сделать вместилищем современных идей и современного человека», – говорил об МХТ Олег Ефремов. В этих словах воплотился страх, которому основатель нового, уникального столичного театра сумел прямо взглянуть в глаза и победить его, создав легендарный «Современник». К 70-летнему юбилею «КиноРепортер» рассказывает об истории театра, который, пережив все взлеты и падения вместе со страной, по-прежнему идет в ногу со временем.

Ветер перемен

История «Современника», который в этом году празднует 70-летие, началась в ночь на 16 апреля 1956 года. И началась по-настоящему красиво: почти подпольно сыгранная постановка спектакля «Вечно живые» по пьесе молодого драматурга Виктора Розова произвела такой фурор на первых зрителей (состоящих преимущественно из студентов МГУ и МАИ), что фактически положила начало новому театру.

Изумленных актеров, закончивших играть к 4 часам утра, буквально потребовали к барьеру. То есть обратно на сцену Школы-студии МХАТ. «Получилось не обсуждение, а стихийный митинг: «Вы не должны расходиться, потерять друг друга! Это будет театр нашего поколения!» – делился драгоценными впечатлениями Игорь Кваша.

Через год розовская пьеса (памятник драматургу в компании с признанными классиками эпохи Александром Вампиловым и Александром Володиным украшает ныне входную группу Исторической сцены «Табакерки») обрела киновоплощение – фильм «Летят журавли» Михаила Калатозова получил «Золотую пальмовую ветвь» в Каннах. А путь «Современника», который к тому моменту даже не получил своего «официального» имени (это случится только в апреле 1958-го), оставался таким же тернистым, как и в самом начале.

Нет, актерское содружество под руководством Олега Ефремова (в труппу самого МХАТа, что характерно, его не приняли, служил артист в Центральном детском театре, ныне РАМТ, – КР) продолжало давать премьерные спектакли, но делало это вопреки: во времена переосмысления театральной эстетики, в буквальном смысле требовавшей свежей крови и новых имен, молодые артисты не встречали поддержки со стороны корифеев сцены.

И в первую очередь это касалось коллектива Художественного театра, где по-прежнему чтили заветы Станиславского, хотя следовали им исключительно формально. Олег Табаков однажды рассказал, что даже на официальном представлении его единомышленников назвали «гробокопателями»: «Формулировка мне очень понравилась, потому что она жестко соответствовала жизненному содержанию», – иронизировал Олег Павлович.

Неодобрение было обоюдным: труппа «Современника» всеми силами старалась уйти от сценической «мертвечины», решительно отвергала укоренившийся в сознании поколений театральный пафос и ратовала за разворот театра к человеку и его переживаниям. Стихийная премьера «Вечно живых», по словам Галины Волчек, сыграла огромную роль в том, «что не погибла идея этого служения, идея своего театра, говорящего со сцены особым языком, с особыми интонациями, адресованными не толпе, а к каждому конкретному человеку».

Человек – звучит гордо

Именно идея человека – и не просто человека, а романтика с активной гражданской позицией – стала основополагающим принципом «Современника». Он создавался и развивался как психологический театр, в котором главным выразительным средством был и остается артист, его личность, его индивидуальность. Этот же принцип ревностно оберегает сегодня Владимир Машков (он возглавил коллектив в 2024-м, – КР), неустанно повторяющий, что театру для того, чтобы быть живым и востребованным, необходимо слышать время и человека, живущего в это время.

Романтиками с активной гражданской позицией были и те, кто составил творческое ядро того самого «Современника». Олег Ефремов, Игорь Кваша, Галина Волчек, Светлана Мизери, Людмила Иванова, Евгений Евстигнеев, Олег Табаков, Лилия Толмачева, Виктор Сергачев установили демократические порядки: все стратегические вопросы выносили на общее голосование, материал выбирали сообща, охотно подставляли плечо товарищу и поощряли творчество во всех его проявлениях, несмотря на отчаянные попытки внешнего вмешательства.

Так, например, спектакль «Пять вечеров» по пьесе Александра Володина возник сразу в двух редакциях – Олега Ефремова и Галины Волчек, которая на тот момент была в положении и играть не могла, но все равно приходила на помощь коллегам: о «патологически развитом чувстве долга», которое позднее привело Галину Борисовну в кресло художественного руководителя, говорили все, кто хоть раз имел с ней дело.

Впрочем, творческим импульсом были заряжены все: заседали по ночам, ждали открытия метро и только тогда разъезжались по домам, чтобы всего спустя несколько часов отправиться на репетиции в собственных театрах. Сами спектакли, на которые очень скоро начала ломиться вся театральная публика, играли на случайных площадках – в домах творчества, рабочих клубах, концертных залах при гостиницах. Иногда торопились, расширяя пределы человеческих возможностей: легендарного «Голого короля» по пьесе Евгения Шварца, от которого МХАТ избавился после критического разбора в коллегии Министерства культуры, за два летних месяца 1960 года сыграли около 50 раз!

Сезон завершили в Театре-студии киноактера на Поварской (ныне здание «Мастерской «12», – КР). А в феврале 1961-го при поддержке министра культуры Екатерины Фурцевой у театра появился постоянный дом – здание на площади Маяковского, где раньше квартировали варьете «Альказар» и Театр сатиры.

В 1974-м помещение пустили под снос, а труппа «Современника» перебралась в район Чистых прудов, в здание бывшего кинотеатра «Колизей», модернизированного под сценические нужды. К тому моменту труппа перенесла еще один удар судьбы, злой и одновременно ироничный – в 1970-м Олег Ефремов ушел во МХАТ.

Лелеемая им идея слияния трупп двух театров провалилась, встретив сопротивление со стороны коллектива «Современника», однако театр разом лишился и художественного руководителя, и части артистов, и, самое страшное, почти всех наработок будущих постановок.

Прощальным подарком «Современнику» от Ефремова, ученика прямых последователей Станиславского, стала «Чайка» – бессмертный символ МХАТа. «Это гениально, – отзывался о постановке польский режиссер Анджей Вайда, приехавший ставить «Бесов». – Все плачут, никто никого не слышит. Это главное, почему мы так живем».

В репертуаре спектакль оставался до начала 1990-х – его сняли только после смерти Евстигнеева, игравшего Дорна.

Второе дыхание

После ухода Ефремова обязанности «временного правительства» на себя взяла избранная труппой художественная коллегия, а директором стал Олег Табаков. Два года спустя кресло худрука заняла Галина Волчек, грудью вставшая на защиту гражданских и эстетических принципов «Современника».

Правда, последние пришлось адаптировать под веяние времени – «Восхождение на Фудзияму» в 1973-м актеры играли по законам «бедного театра» – без грима и декораций. Единственным оформлением стала музыка Микаэла Таривердиева. Зато следующий эксперимент, «Балалайкин и К°» Георгия Товстоногова по роману Михаила Салтыкова-Щедрина, адаптированного Сергеем Михалковым, снова взорвал театральные круги. О судьбе актуальной постановки серьезно переживали.

«Накануне обсуждения я попросила Михалкова: «Сережа (я его уже тогда Сережей называла), только наденьте, пожалуйста, звезду Героя…» Он со свойственной ему интонацией, где неотделимы были серьезность и ирония, ответил: «Да я с ней сплю…» На обсуждение он опоздал. Вошел, когда ситуация уже начала накаляться, со словами: «Д-давненько с-самодержавие не получало такого с-сокрушительного удара!» А кто посмеет возразить против критики самодержавия?» – вспоминала завлит театра Елизавета Котова.

«Современник» не просто оправился, театр сумел укрепиться в статусе смелого и свободного от предрассудков. На афишах появились имена драматургов Михаила Рощина (благодаря постановке по его пьесе «Эшелон» Волчек получила приглашение в американский театр Alley в Хьюстоне), Александра Вампилова, Аллы Соколовой («Фантазии Фарятьева» Лилии Толмачевой стали предтечей киноверсии с Мариной Нееловой и Андреем Мироновым), Василия Шукшина. Продолжилось прерванное было сотрудничество с Константином Симоновым: на сцене появились адаптации его повестей «Из записок Лопатина» и «Мы не увидимся с тобой…».

Многие произведения при этом писались специально для труппы, в которую тоже влились новые силы – Валентин Гафт, Лия Ахеджакова, Марина Неелова, Константин Райкин, Юрий Богатырев, Елена Коренева, Станислав Садальский. Продолжали блистать и звезды труппы – Анастасия Вертинская и Авангард Леонтьев.

Традиции в «Современнике» тоже свято чтили: в 1976 году Волчек ставит чеховский «Вишневый сад» (Раневскую сыграла Марина Неелова), а спустя 6 лет – «Трех сестер». Обе постановки получили перевыпуски: «Сад» – в 1997-м, «Сестры» – в 2001-м и 2008-м. В наследие, которое было возвращено на легендарную сцену, также вошел «официальный» режиссерский дебют Галины Борисовны «Двое на качелях» (в составе – Юрий Чурсин и Татьяна Бабенкова).

Новую версию культового спектакля «Спешите делать добро» совсем недавно на суд публики представили Яна Сексте и Алексей Усольцев. До сих пор идут и выпущенные на рубеже веков «Три товарища» – продолжение успешного сотрудничества Галины Волчек и драматурга Александра Гетмана, начатое на «Крутом маршруте».

Тогда же, к концу 1980-х, при «Современнике» появилась новая студия молодых актеров – «Современник-2», просуществовавшая, правда, всего 3 года. Она образовалась из курса Школы-студии МХАТ, на котором встретились дети основателей первого – Михаил Ефремов, Александр Табаков, Мария Евстигнеева. «Мы хотели, чтобы звучал наш собственный голос, и он звучал. Нравилось это кому-то или нет – неважно. Мы не играли в чужую игру», – говорил Михаил Ефремов.

И даже в лихие 1990-е театр продолжал интеллектуально и эстетически удивлять публику: Игорь Кваша выпустил «Кабалу святош» и «Дни Турбиных» Михаила Булгакова, Валерий Фокин, сотрудничавший с «Современником» с конца 1970-х, – гоголевского «Ревизора» и «Карамазовых и ад», мрачный мир по мотивам позднего Достоевского.

В подтверждение заслуг театр был награжден орденом Почета за большой вклад в современное театральное искусство, заслуги в эстетическом воспитании молодежи и широкое общественное признание.

В начале 2000-х Игорь Кваша, Валентин Гафт и Александр Назаров вернули к жизни товстоноговскую постановку «Балалайкин и К°». А в 2004 году театр открыл Другую сцену – пространство для творческих поисков и экспериментов, стал привлекать к работе режиссеров-выпускников театральных вузов.

Новое время

На пороге 70-летия «Современник» уверенно держит баланс между умением чувствовать пульс жизни и уважительным отношением к классике, в том числе «внутренней». За первое отвечают такие постановки, как «Чагин» по Евгению Водолазкину, «Интуиция» по Александру Цыпкину (в постановщиках – Константин Хабенский и Данил Чащин), «Собрание сочинений» по Евгению Гришковцу и «Сашашишин» по роману Александры Николаенко, взявшему «Русский Букер».

За второе – бессмертные Чехов («Дуэль») и Островский («Женитьба Бальзаминова» с несравненной Нееловой), а также примеры менее очевидные. Вроде «Чудо святого Антония» по уникальной пьесе Метерлинка, поставленной в свое время Евгением Вахтанговым и Всеволодом Мейерхольдом.

В театре бережно чтут собственное наследие: у театра появился музей, в том числе виртуальный, собственная коллекция мерчандайза, а также цикл экскурсий. Например, «Современник. Путешествие во времени» предлагает прогуляться по историческому зданию, а «Театральные истории Чистых прудов: от Пушкина до «Современника» предполагают пешеходный формат, охватывающий один из самых красивых районов города. Кроме того, по улицам можно прокатиться на тематическом трамвае, который курсирует по легендарному маршруту А («Аннушка»), предлагая пассажирам аудиоэкскурсию и погружение в историю театра.

В честь юбилея количество активностей выросло в разы: планируется установка мемориальных досок в память об основателях «Современника», издание юбилейной «Книги перемен», встречи с драматургами и кинопоказы – «Летят журавли» покажут в кинотеатре «Художественный», после чего обсудят саму пьесу и ее кино- и театральные воплощения.

Уже сейчас можно посетить мультимедийную выставку «70 лет в деталях» и совместные с московскими музеями экспозиции, полюбоваться на уникальные фотографии в московском метро и даже поучаствовать в художественном конкурсе и создать авторские открытки, переосмысливающие историю «Современника».

Иными словами, возможность прикоснуться к величию есть у каждого человека, в груди которого бьется творческое сердце.