Темные материи сериала «Мыс страха»

Во время резонансного процесса адвокат Анна Деверо (Эми Адамс) не смогла защитить своего клиента, обвиненного в жестоком убийстве беременной жены. Клиент, Макс Кэди (Хавьер Бардем), был приговорен к пожизненному лишению свободы, однако через 17 лет вышел. Поскольку его любовница оставила покаянную записку, признавшись в совершении преступления, и заодно предъявила орудие убийства. После чего покончила с собой. Анна к тому моменту преуспела в юридической сфере, стала матерью двоих детей и супругой коллеги-прокурора Тома Боудена (Патрик Уилсон), который тоже заделался адвокатом. Но вскоре безоблачному существованию Боуденов пришел конец: освобожденный Кэди решил расквитаться с ними за потерянные годы и несправедливое, по его мнению, обвинение.

Когда шоураннер Ник Антоска («Притворство», «Новый вишневый вкус») запустил в производство очередную экранизацию романа Джона Д. МакДональда «Палачи», у многих возникли резонные сомнения: надо ли оно нам? Ведь прежде по этой книге сняли два фильма, каждый из которых – своего рода канон. В 1961 году Дж. Ли Томпсон развернул историю мстительного преступника в превосходный нуар с Грегори Пеком и Робертом Митчемом, а спустя 30 лет стильную постановку осуществил Мартин Скорсезе, подарив Роберту Де Ниро роль колоритного мерзавца. К тому «Мысу» присматривался Стивен Спилберг, но в итоге предпочел ему «Список Шиндлера», на который, в свою очередь, замахивался Скорсезе. А теперь давние друзья и соратники воссоединились в качестве исполнительных продюсеров нового, сериального «Мыса». И он, отвечая на вопрос выше, был нам явно нужен. Причем не только для инфернального перевоплощения Хавьера Бардема, выдавшего самый убедительный лиходейский перформанс за 20 лет (со времен Антона Чигура из «Старикам тут не место»). Но и для проработки неоднозначных тем, подступиться к которым отважится не всякий проект.

Если вы страдаете тревожным расстройством, пребываете в депрессии или просто не желаете тратить несколько часов жизни на что-то чрезвычайно мрачное, то лучше отложите знакомство с «Мысом страха» на потом. Ибо все темные материи и порочные страсти, которые можно вообразить, сплетаются здесь в шипящий змеиный клубок. Персонажи лгут, ревнуют, манипулируют, ненавидят, убивают. Подростки быстро теряют невинность, а взрослые обманывают их и друг друга, безуспешно сдерживая внутренних демонов, рвущихся (подобно Кэди) на волю. Положительных героев в принципе нет: у каждого рыльце в пушку. Даже забавно, что поначалу самым нормальным из всех – как минимум в глазах окружающих – выглядит недавний зек. После бенефиса на благотворительном вечере в пользу несправедливо осужденных он превратился в звезду соцсетей, завел собаку и решил открыть ресторан баскской кухни в память о своих корнях. Хищная ухмылка Бардема, конечно, намекает на пакости, которые творит за кадром этот обаятельный гад. Но в открытую его зверства показываются редко, так что зритель и Боудены тешат себя догадками в отсутствие реальных улик.

Вслед за фильмом Скорсезе сериал копается в грязном белье дисфункциональной семьи, у которой и без Кэди дела обстояли не очень. У Тома, как и у Сэма в исполнении Ника Нолти, зреет интрижка. Анна когда-то здорово поддавала, затем завязала, но, видимо, ненадолго: темное прошлое не дает покоя, детки выходят из-под контроля. А попытки матери жестко их опекать приводят к противоположным результатам. Неуравновешенный Зак (Джо Эндерс из «К востоку от рая») психует еще сильнее, а Нэтали (Лили Коллиас из «Хорошенькой») тяготится статусом идеальной дочери и вслед за матушкой закладывает за воротник. Вдобавок оба отпрыска сближаются с опасной барышней по имени Невея (Малия Пайлс), чьи каверзы опять-таки связаны с происками Кэди, наполняющего своим зримым или незримым присутствием каждую секунду хронометража. Макс – ключевой триггер, внешний раздражитель, запускающий деструктивные механизмы, уже заложенные под фундамент боуденского особняка. И его сцены определенно впрыскивают адреналин в жанр маньячного триллера. Бардем в очках-сердечках, Бардем со змеей, Бардем, демонстрирующий татуировки, – ищите в хайлайтах по итогам 2026-го.

Но каким бы остроумным и неотразимым ни был подлый абьюзер, мощнее всего хоррор-формула, характерная для лучших фильмов об одержимости, работает не в те моменты, когда он отчебучивает что-нибудь эдакое. А в эпизодах, где члены семейства Боуден, еще недавно отмечавшие День независимости на заднем дворе, перестают узнавать друг друга, превращаясь из родных и близких во враждебно настроенных чужаков. Причем и сам Кэди не болтается в вакууме, а обзаводится собственными домочадцами, чьи роли разделили гавкающий Рон Перлман в образе чокнутого папаши и Джульетт Льюис, звездочка «Мыса страха» 1991-го. Тут она фигурирует в самой душераздирающей линии. Актерское исполнение изумительно (жаждем новых проектов с участием Лили Коллиас), операторские трюки завораживают, тревожный саундтрек исправно расчесывает нервы, периодически подбадривая рок- и фолк-хитами от ZZ Top, Blue Oyster Cult, Allman Brothers Band, Нила Янга, Элиса Купера и прочих уважаемых граждан.

История же умело вписана в злободневные Интернет-реалии, когда с одинаковым успехом можно прижать виновного и опорочить невинного благодаря хитрым технологическим штучкам. Сымитированные голосовые сообщения, взломанные системы слежения, тайком снятые с дрона видео, стремительно вирусящиеся рилсы (в том числе за авторством дочурки Скорсезе)… Сохраняя жаркий визуал и душную тактильность южной готики, «Мыс страха» добросовестно нагнетает паранойю как технотриллер, выползший из сумрака цифровой реальности. Тем досаднее, что при всех достоинствах сериал вышел не таким равномерно заостренным, как нам бы хотелось. Большинство твистов посвящены запутанным родственным связям персонажей: на ранних стадиях витиеватые переплетения ДНК-цепочек интригуют, но постепенно это начинает отдавать то ли китчем, то ли абсурдом. А самым предсказуемым и прямолинейным эпизодом оказывается финальный, делающий примерно то же, что и Скорсезе, только хуже.

В урагане, который движется на Джорджию, неуклюже закручиваются поднадоевшие клише кинематографа о маньяках, из-за чего «Мыс страха» ослабляет железную хватку. Кэди, опаснейшего типа из всех, кто гостил в «персиковом штате», сопровождает один-единственный коп, да и тот по-дурацки его упускает. Далее Макс полсерии чешет языком, театрально злодействуя под громовые раскаты, чем, естественно, пользуется смышленая девчонка, благо ей удачно подворачивается предмет, с помощью которого легко освободиться от жгутов. Ну а завершаются эти неловкие кошки-мышки неожиданной отсылкой к «Мысу страха» 1961-го, где Боуден пощадил негодяя, поскольку тюремное заключение, дескать, стало бы для него более страшным наказанием, чем смерть (сравните с окровавленными руками Нолти из картины Скорсезе – концовка у Марти куда злее). В случае с сериалом подобный поворот прокладывает мостик к потенциальному второму сезону, на который надеется Льюис, хотя от Apple никаких заявлений по этому поводу не поступало.

И, пожалуй, Максу Кэди стоит уйти на покой прямо сейчас. «Мыс страха» переизобрел себя, развив прежнюю мифологию и генеалогию на высших производственных мощностях, доступных современным стримингам. Молодежь получила отличную тренировочную площадку, зрелые артисты сыграли «на классе», Бардем нахавьерствовал на пять с плюсом. Однако продолжение, если вдруг таковое случится, наверняка превратит все хорошее, что было в первом сезоне, в самопародию, растеряв ощущение новизны и остатки здравого смысла. Лучше просто выписать Скорсезе со Спилбергом по жирному чеку, и пусть творцы распоряжаются ими по своему усмотрению. А темных материй в наши дни и без «Мыса страха» хоть отбавляй. Главное, чтобы родители успевали наладить с детьми диалог до того, как их к этому принудит гадкий сталкер.