Не только «Солярис»: Кинофантастика Станислава Лема

На этой неделе исполняется 105 лет со дня рождения Станислава Лема – одного из главных фантастов XX века, чьи произведения задолго до появления современных технологий задавались вопросами об искусственном интеллекте, внеземном разуме и границах человеческого познания. К юбилею писателя вспоминаем самые интересные экранизации его работ – причем сознательно обходим стороной «Солярис». О фильме Андрея Тарковского и его литературной основе сказано уже достаточно, поэтому сегодня поговорим о других попытках перенести фантастику Лема на экраны.

«Безмолвная звезда» (1960)

Одной из первых экранизаций произведений Станислава Лема стал немецко-польский фильм Курта Метцига «Безмолвная звезда». В основу картины лег его дебютный научно-фантастический роман «Астронавты». По сюжету, на Земле находят загадочный металлический объект, который оказывается частью космического корабля с Венеры. Ученые отправляют к планете экспедицию на корабле «Космократор», чтобы выяснить, существует ли там разумная жизнь.

Вместо развитой цивилизации астронавты обнаруживают радиоактивные руины. Постепенно выясняется, что венерианцы планировали вторжение на Землю, но сами уничтожили свой мир в ядерной войне. В экранизации сделали больший акцент на угрозе атомного оружия и необходимости разоружения, чем в оригинальном романе.

Сам Лем остался недоволен результатом и позднее довольно резко отзывался о картине. Писатель даже хотел, чтобы его имя удалили из титров в знак протеста против чрезмерной политизации сюжета по сравнению с оригиналом. Зато сегодня «Безмолвная звезда» интересна как одна из первых попыток перенести идеи писателя на большой экран. Для начала 1960-х особенно впечатляли футуристические декорации, электронная музыка, интерьеры корабля и спецэффекты – создатели активно использовали миниатюры и комбинированные съемки.

«Икар-1» (1963)

Чехословацкий фильм Йиндржиха Поляка основан на романе Лема «Магелланово облако», хотя имя писателя в титрах не указано. В центре сюжета – экипаж космического корабля, который отправляется в многолетнюю экспедицию к планете, пригодной для жизни. Во время полета астронавты обнаруживают обломки неизвестного звездолета, после чего спокойная миссия превращается в опасное испытание.

При этом Поляк сделал ставку не на космические приключения, а на отношения внутри экипажа. Герои устают, конфликтуют, испытывают страх и одиночество, а длительное пребывание вдали от Земли постепенно меняет их поведение. Космос становится скорее фоном для истории о людях, которым приходится годами жить бок о бок в замкнутом пространстве. Сегодня «Икар-1» интересен тем, что задолго до многих голливудских проектов показал дальний космический полет не как героическое приключение, а как серьезное психологическое испытание.

Кстати, англоязычная версия фильма, вышедшая под названием «Путешествие на край Вселенной», заметно отличалась от оригинала. Из картины вырезали почти десять минут, имена актеров и создателей в титрах англизировали, а место назначения корабля переименовали в «Зеленую планету». Сильнее всего изменился финал – кадры неизвестного мира, к которому прибыли герои, заменили на аэроснимки Манхэттена и Статуи Свободы. В результате возник совершенно другой смысл концовки: зритель узнавал, что «Икария» на самом деле прибыла с другой планеты, а загадочной точкой назначения оказалась Земля.

«Друг» (1965)

20-минутный черно-белый телевизионный фильм Марека Новицкого и Ежи Ставицкого – одна из самых коротких экранизаций Лема. Герой обнаруживает под землей мощный электронный мозг, который стремится захватить мир и постепенно подчиняет себе человека, заставляя его выполнять свои поручения. Для сегодняшнего зрителя особенно любопытно, насколько знакомо выглядит эта завязка. Машина здесь не просто выполняет команды, а сама ставит перед человеком задачи и постепенно получает над ним контроль. В финале история доходит до соединения человеческого мозга с машиной – мотива, который вполне можно принять за предвосхищение современных сюжетов об искусственном интеллекте.

Новицкий и Ставицкий позже вновь обратились к произведениям Лема и сняли «Профессора Зазуля», который поднимал тему клонирования человека. В основу короткометражного фильма лег один из рассказов цикла «Из воспоминаний Ийона Тихого». История рассказывает об изобретателе, в чьем уединенном имении главный герой обнаруживает странную находку, а затем узнает, что профессор научился воспроизводить самого себя.

Оба фильма были сделаны для телевидения и при довольно скромных возможностях, но уже в них заметен интерес Лема к отношениям человека с технологиями, которые он сам же и создает.

«Слоеный пирог» (1968)

Анджей Вайда обратился к одноактной пьесе Лема «Существуете ли вы, мистер Джонс?» и снял для польского телевидения фильм «Слоеный пирог». Главный герой, автогонщик Ричард Фокс, переживает одну аварию за другой, но каждый раз остается жив благодаря пересадкам органов погибших людей. Вскоре выясняется, что за свое спасение мужчина должен заплатить крупную сумму компании «Кибернетикс», которая, не дождавшись выплат, подает на него в суд.

История могла бы стать мрачной фантастикой о трансплантологии, но Вайда превращает ее в черную комедию. Название довольно точно описывает героя – его тело постепенно становится конструкцией из чужих частей. За абсурдными ситуациями при этом скрывается серьезный вопрос о человеческой идентичности и о том, сколько изменений может выдержать человек, прежде чем перестанет быть самим собой.

Есть у фильма и еще одна любопытная особенность – сценарий написал сам Лем. Возможно, поэтому именно к этой экранизации писатель отнесся наиболее тепло. Вайда сохранил иронию оригинального рассказа, но сделал ее более заметной на экране. Позже писатель даже признался, что ход событий в фильме показался ему более логичным, чем в его собственном произведении.

«Дознание пилота Пиркса» (1979)

В основу фантастического фильма Марека Пестрака лег рассказ «Дознание» из цикла о пилоте Пирксе. Герой возглавляет смешанный экипаж из людей и роботов и отправляется к кольцам Сатурна. Во время полета происходит авария, едва не заканчивающаяся гибелью экипажа. После возвращения начинается расследование, которое должно установить причину произошедшего.

Пиркс при этом не знает, кто именно из его подчиненных является машиной. Роботы внешне не отличаются от людей, поэтому командиру приходится полагаться не только на факты, но и на собственную интуицию. Постепенно выясняется, что один из членов экипажа намеренно создал ситуацию, которая должна была привести к гибели людей. Главная идея Лема здесь особенно хорошо работает как детективная интрига. Робот способен действовать безошибочно, но именно человеческая способность сомневаться, колебаться и поступать нелогично помогает герою понять, с кем он имеет дело.

Для работы над космическими сценами Пестраку посоветовали «Таллинфильм» – студию, которая уже располагала необходимыми производственными мощностями. Ее специалисты умели создавать космические корабли и сцены межзвездных полетов без компьютерной графики. Правда, первые эскизы декораций режиссера не устроили. В итоге «Таллинфильм» пригласил другого дизайнера, который отказался от привычного для фантастики 1960–1970-х футуристического стиля с яркими пластиковыми формами и предложил более реалистичное представление о будущем. Костюмы экипажа и интерьеры корабля «Голиаф» создавали с оглядкой на реальные разработки американских и советских инженеров того времени.

«Маска» (2010)

Братья Куэй выбрали для экранизации один из самых необычных рассказов Лема. Их короткометражная анимация «Маска» рассказывает о прекрасной Дуэнне, созданной для выполнения определенной миссии. Она оказывается в технологически развитом, но одновременно феодальном мире и начинает испытывать чувства, которые вступают в конфликт с ее предназначением. Братья изначально хотели сделать «Маску» немым фильмом, но во время работы добавили монолог главной героини. Саму картину сняли в технике кукольной покадровой анимации, сделав ставку на игру света и тени, повторяющиеся движения и размытые кадры.

Мрачная эстетика режиссеров превращает фантастическую историю в почти готический кошмар. Дополнительную атмосферу создает музыка Кшиштофа Пендерецкого, а героиня постепенно проходит путь от созданного инструмента до существа, пытающегося понять собственную природу. В результате «Маска» больше напоминает философскую сказку, чем традиционную научную фантастику. При этом основные вопросы Лема сохраняются – о свободе воли, предназначении и возможности искусственно созданного существа обрести собственную личность.

«Конгресс» (2013)

Ари Фольман подошел к адаптации «Футурологического конгресса» еще свободнее. Его картина с Робин Райт в главной роли – не буквальная экранизация романа, а метаистория, построенная на его идеях. Актриса соглашается оцифровать свой образ, после чего студия получает возможность создавать новые фильмы с ее цифровой копией без участия исполнительницы. После действие переносится на двадцать лет вперед, когда Райт приезжает на конгресс и оказывается в мире, где люди могут менять свою внешность и погружаться в созданную воображением реальность.

Фольман признавался, что использовал роман Лема скорее как источник вдохновения. Вместо сатиры на коммунистическую систему режиссер сделал историю о власти индустрии развлечений и технологиях, которые превращают человека в продукт. При этом сохранил главное из лемовского текста – тревогу перед будущим, в котором технологии могут незаметно изменить представление человека о реальности. Особенно пророческим «Конгресс» показался спустя десять лет, во время забастовки SAG-AFTRA в 2023 году – одним из главных предметов спора между актерами и студиями стало использование ИИ и виртуальных копий исполнителей.

Над мультипликационной частью ленты работали шесть студий из разных стран, а сам Фольман начал работу над картиной еще в 2008 году. В 2013-м «Конгресс» получил премию Европейской киноакадемии за лучший анимационный фильм.