«Сколько стоит жизнь?»: Майкл Китон решает этические и математические задачи

После терактов 11 сентября перед американскими властями встает нелегкий вопрос: как быть с компенсациями? Потому что выдать всем поровну нельзя, а выдать все ж необходимо. Иначе родные и близкие жертв пойдут судиться с авиакомпаниями, и экономике конец. Решить возникшую проблему поручают юристу Кену Файнбергу, который вместе с сотрудниками своей конторы теперь должен претендующих на выплаты опросить и придумать какую-нибудь устраивающую всех формулу. То есть буквально определить, сколько стоит жизнь.

Именно это спрашивает Кен Файнберг у студентов в самой первой, не считая короткого пролога, сцене фильма, который так и называется: «Сколько стоит жизнь?» Файнберг, сыгранный Майклом Китоном, тут же уточняет, что вопрос отнюдь не риторический, и, смоделировав условную ситуацию, демонстрирует, как легко и просто на него можно найти ответ. Вскоре реальность эту условную ситуацию воспроизводит. Точнее, воспроизводит разом тысячи подобных ситуаций. Соответственно, задача становится в тысячи раз труднее, дополняясь тысячами переменных и обретая тысячи осязаемых этических плоскостей.

Кен Файнберг, уж извините за спойлер, с задачей в итоге справился. Каким образом он с ней справился, взялись нам рассказать режиссер Сара Коланджело (американский ремейк «Воспитательницы» Надава Лапида) и сценарист Макс Боренштейн («Годзилла против Конга»). И вот они-то как раз не справились. Поскольку так и не рассказали толком.

Понятно, что давно пора запретить лицам, которые не являются Аароном Соркином, снимать фильмы на такие сложные темы. Сложные – в смысле комплексные, узкоспециальные. Такие, в которых без ста граммов или предварительного углубленного изучения не разберешься. Аарон Соркин как-то умеет все по полочкам диалогов разложить, чтобы было емко, доходчиво и нескучно. А больше, кажется, никто не умеет. В том числе Сара Коланджело и Макс Боренштейн.

К примеру, вам тут не собираются объяснять, почему все-таки нельзя выдать всем поровну. Но это, допустим, можно еще списать на различия в менталитете, истории, культурно-социальных всяких штуках. Допустим, среднему американцу и без того очевидно. Примем как данность, нельзя так нельзя. Тем более к делу это обстоятельство отношения не имеет. Нам главное вникнуть, как Кен Файнберг сумел донести до убитых горем сограждан, что в их интересах не судиться, а взять посчитанную хитрым способом сумму. И как он эту сумму посчитал. Это ж действительно интересно.

Перед Кеном Файнбергом и его коллегами, а заодно и перед нами, мелькают люди, потерявшие кого-то в результате атаки террористов. Они произносят душераздирающие монологи, плачут. При этом особое внимание уделяется двум случаям: первый связан с несовершенством законодательства в отношении однополых пар, а второй – с овдовевшей женщиной, которая не желает никакой компенсации за мужа, тогда как любовница ее мужа, наоборот, желает.

Кен Файнберг хмурит брови, переживает. Строит параллельно дом на берегу океана и гуляет по пляжу с собачкой. Хмуря брови и переживая. Какие-то недобрые, циничные мужчины в дорогих костюмах что-то циничное и недоброе ему выговаривают. Кен Файнберг еще сильнее хмурит брови и еще крепче переживает. На фоне тоскливо, протяжно воет скрипка.

Также есть здесь такой мужчина, Чарльз Вульф, Стэнли Туччи его играет. У него жена в ВТЦ работала. И он организовал сайт, чтобы мешать Кену Файнбергу, так как считает всю изначальную концепцию с компенсациями и формулами в корне неправильной. Несколько раз они с ним встречаются и дискутируют. Один говорит, что плохо человеческие жизни в долларах оценивать. А тот не то чтобы кардинально иного мнения, но что-то же надо делать.

Потом все, конечно, разруливается, о чем возвещают оптимистичные ноты в музыкальном сопровождении. Оказывается, всего-то и требовалось, что применить индивидуальный подход и внимательно всех выслушать. В результате чего и справедливость торжествует, и цифры складываются. С людьми – помягше, на вещи смотреть – ширше. Вон как все элементарно у Сары Коланджело и Макса Боренштейна. Всегда бы так.