Семейное фэнтези «Вверх по волшебному дереву» – дикое, но симпатичное

Полли (Клэр Фой) и Тим (Эндрю Гарфилд) вынужденно переезжают из центра Лондона в сельскую местность. Первая, гениальная инженер, поставила собственные принципы выше ответственности за семью. Второй, домосед, давно привыкший присматривать за тремя детьми, готов принимать любые перемены со слезами счастья на глазах. Однако беззаботному вхождению в новую жизнь (и новую мечту – выращивать помидоры и делать знаменитый семейный соус на продажу) мешают те самые отпрыски, явно недовольные резкой сменой социального окружения и ландшафта.

Подразумевающего в том числе отсутствие электричества, а значит интернета и использования любимых гаджетов. К счастью родителей, плотно занятых решением взрослых проблем, Бэт, Джо и Фран нужно всего лишь оставаться детьми. Хотя в современном мире, как выясняется, даже такая мелочь становится почти непреодолимой сложностью, требующей срочного магического вмешательства.

В кинотеатрах стартует фантазийное приключение «Вверх по волшебному дереву», которое, помимо звездного актерского состава, интригует небывало контрастным сочетанием: за экранизацию во всех смыслах детской серии взялся Бен Грегор, чьей самой известной работой остается не очень политкорректный сериал «Голяк». Вместе со сценаристом Саймоном Фарнэби (ответственным в том числе за сиквел и триквел «Приключений Паддингтона») они перенесли действие в современность – хотя сама Энид Блайтон родилась на излете викторианской эпохи, серию «Истории Волшебного дерева» она начала накануне Второй мировой, а завершила в начале 1950-х.

Во времена, когда любые ограничения казались привычными и в общем-то обязательными, приключения в зачарованном лесу наверняка казались и самой писательнице, и ее юным читателям глотком свободы. Парадоксальным образом в наш век их цена взлетает вдвое. Просто потому, что заметить чудесную лазейку не так-то легко: нужно как минимум оторвать взгляд от экрана, не говоря о том, чтобы в самом деле подняться с дивана и отправиться исследовать ближайшие урочища. Возможно, именно поэтому в фильме волшебные существа, издавна водившие дружбу с местными ребятами, не просто дают о себе знать, но и высылают именное приглашение. Очень по-британски, надо сказать: правила этикета соблюдены, все (ну, почти все) довольны.

Здесь необходимо отметить, что Энид Блайтон была очень плодотворным автором и даже соревновалась сама с собой в продуктивности – за всю жизнь она написала более 600 книг, многие из которых выходили целыми сериями. И еще при жизни успела послужить поводом для многочисленных профильных споров. То, дескать, высказывания у нее слишком расистские, то слог примитивный, то сюжет посредственный.

Несмотря на точечные цензурные вмешательства, реализованные постфактум, тиражи по-прежнему неплохо продаются, а культовый ореол, который сложился вокруг имени писательницы, и не думает исчезать. Хотя многие из этих обвинений достаточно справедливы. В частности те, которые касаются художественной ценности: несмотря на обязательное морализаторство в стиле «хорошими будьте, а нехорошими не будьте», книги Блайтон, особенно те, что лишены детективной интриги, представляют собой достаточно незамысловатые квесты.

И эта деталь мгновенно разъясняет экстраординарное кадровое решение: если сюжет представляет собой не что иное, как перемещение по локациям, эти локации и населяющих их персонажей нужно превратить во что-то сногсшибательное. Причем настолько, что из головы мгновенно вылетят все мысли. Отсюда кричащий, грандиознейший визуал, отсылающий в том числе к истории про молочные реки и кисельные берега, только в капиталистической обертке (Фарнэби, кстати, работал и над перезапуском «Вонки»). И безмерно счастливое лицо Гарфилда, чей герой готов проживать свою лучшую жизнь в любых, даже самых чудовищных условиях, вроде гнетущего ожидания того, что эта самая жизнь вот-вот выставит счет за запредельный оптимизм и самонадеянность.

На диссонанс, исправно доводящий до нервного смеха, работают и взрослые шуточки, которые на поверку оказываются совершенно невинными: концепция двойного послания доведена едва ли не до совершенства. Единственное желание героини Ребекки Фергюссон с говорящим позывным Мадам Хлыст – наказать отлынивающих школьников, и она ведома исключительно педагогическими идеалами. «Ой, мои булочки, кажется, помялись», – восклицает бряцающий кастрюлями Дастин Демри-Бернс, и действительно достает из широких штанин ватрушки с джемом.

Примеров множество – от излучающих чистый сексапил эльфов и вечно ставящего себя в неловкое положение пикси до карикатурного злодея, предлагающего зайти «вот в ту комнатку», чтобы отменить волшебное заклинание, и играющей простодушную фею звезды «Бриджертонов» Николы Кохлан, у которой в глубоко эскапистской саге насчитывалось немало пикантных эпизодов. Здесь ее героиня, кстати, хочет стать лучшей версией себя, что вполне вписывается в тренды. А неизбежная ревизия выглядит не обязательной, а ироничной: персонажа по имени Луноликий играет темнокожий Нонсо Анози.

Детское, во многом утопическое мышление, лишенное моральных дилемм, в картине первостепенно, и это идеально отражает сам первоисточник: бросить фразу о том, что электричество не берется из розетки, и на этом закончить любые разъяснения – это очень в стиле Блайтон. В итоге «Вверх по волшебному дереву» отвечает всем запросам зрителя (в том числе на счастливый финал) и при этом постоянно обманывает его ожидания. И если ребенок скорее всего примет происходящее за чистую монету, то есть как серию чудесных приключений, в которых и самому было бы неплохо поучаствовать, то у более зрелой аудитории эмоциональный спектр явно будет пошире. Что, кстати, не так и плохо – свою потребность в реальности каждый закрывает как может. Кроме того, российская версия может похвастаться отличной локализацией – например, замешанная на тягучем диалекте игра слов wi-fi – wife превращена в цепочку «модем – мадам». Лихо, согласитесь? Вот так здесь со всем.