«На краю Оук-стрит»: Пригород Юрского периода

Тираннозавр и его зубастые собратья больше 30 лет числятся штатными сотрудниками одной культовой франшизы. Периодически им открывают ворота очередного «Мира Юрского периода», разрешают съесть парочку актеров и снова отправляют ждать продолжения. Казалось, что многие авторы смирились с тем, что Universal навечно закрепила за собой весь мезозой. Однако Дэвид Роберт Митчелл решил развлечь древних хищников в американском пригороде. Рассказываем, как «На краю Оук-стрит» вывел динозавров из парка и напомнил, что этим кинозвездам давно пора сменить место работы.

Мичиган, 1982 год. Семейство Платтов обитает на тихой улице, где соседи устраивают общие праздники, дети носятся на велосипедах, а неприятности полагается держать за закрытыми дверями. Грег (Юэн МакГрегор) пытается залатать прорехи в бюджете подработками, в том числе развозит пиццу. Дениз (Энн Хэтэуэй) давно устала от супружеской жизни и втайне пишет роман, подозрительно похожий на свою биографию. Вымышленной героине она хотя бы может предложить выход из положения. Дочь Одри (Мейси Стелла) увлекается космосом, боготворит Карла Сагана и мечтает учиться в Корнеллском университете, на который у родителей нет денег. Ее младший брат Брайан (Кристиан Конвери) занят первой любовью и разборками с местным хулиганом. Каждый член семейства мысленно куда-нибудь собрался, и только отец продолжает верить, что счастье можно поддерживать привычным распорядком.

После очередного сабантуя над районом разражается странная буря. Ослепительные вспышки сопровождаются отключением электричества, пропадает телефонная связь, а утром выясняется, что аварийной службе сюда теперь не добраться. Вокруг непривычно жарко, растительность изменилась, знакомая улица обрывается там, где вчера спокойно продолжалась дорога. Участок пригорода вместе с жителями и домашним скарбом оказался среди доисторических джунглей. Сначала о новых соседях приходится судить по отдельным приметам, но вскоре размеры бедствия становятся видны невооруженным глазом. По Оук-стрит разгуливают существа, для которых человеческое жилье представляет собой досадную преграду на пути к обеду. Тем временем Платты выясняют, насколько далеко удастся уехать, где еще можно укрыться и чем отбиваться, когда укрытие перестанет помогать.

Дэвид Митчелл, представитель постхоррора, любит вносить коррективы в жизнь самых обыкновенных мест. В «Оно приходит за тобой» (2014) для тревоги ему хватало жилого квартала и загадочной фигуры, которая маячит где-то далеко на улице. Ничего вроде бы не происходит, но идти в ту сторону уже совсем не хочется. Триллер «Под Сильвер-Лэйк» (2017) был устроен несколько сложнее: герой бродил по Лос-Анджелесу и находил шифры и тайные послания там, где другой увидел бы бытовую мелочь. Поэтому Оук-стрит в его новом фильме вполне на своем месте. Дениз устала от жизни, в которой завтрашний день ничем не отличается от сегодняшнего, Одри думает только о том, как отсюда уехать. А потом выясняется, что до соседнего дома еще надо суметь добраться живым. Только теперь опасность трудно разглядеть в глубине кадра. Вместе с ней изменилась и сама картина. После череды душещипательных бесед семейства Митчелл начинает шуметь, крушить и гонять героев по улице с таким азартом, что прежняя любовь режиссера к загадкам моментально отходит на второй план.

Оператор Майк Гиулакис и среди всех этих реверансов в сторону Стивена Спилберга снимает картину вполне по-митчелловски. Камера медленно подбирается к героям, оставляет вокруг них много свободного места, приучает смотреть не только на человека, но и ему за плечо. Зачастую о семейных делах это говорит убедительнее части диалогов. Тем же вниманием к пространству режиссер пользуется, когда в Оук-стрит появляется что-то постороннее. Хотя изначально зрителю достаются детали: хвост, коготь, странный звук из кустов. Создатели по законам жанра оттягивают момент встречи для должного напряжения. В результате неприметный двор приходится изучать как потенциальное место нападения. И лучше всего история чувствует себя именно тогда, когда опасность можно увидеть на экране, а не услышать визги от встревоженной старушки.

Оук-стрит по-настоящему оправдывает себя, когда по ней наконец начинают бегать и прыгать. Авторы во втором акте бросают прежнюю неспешность и принимаются рушить то, что так долго упаковывали в ностальгию. Весь район как на ладони, поэтому не приходится разбираться, где находятся герои и откуда ждать засады. Экшен-эпизоды от такой схемы только выигрывают. В любой момент понятно, сколько пространства отделяет человека от безопасного укрытия и почему правильный маршрут внезапно становится смертельным. Динозавры различаются прежде всего тем, как именно заставляют жителей нервничать. Огромному хищнику достаточно появиться в полный рост. Более мелкие существа компенсируют размер скоростью и численностью. Одна из неприятных встреч происходит уже внутри дома, куда пробирается вытянутая змееподобная тварь.

По другую сторону дома Грег выходит против огромной лапы с кувалдой, и в этой миниатюре прекрасно все: размер противника, хозяйственный инструмент и серьезность намерений мужчины, которому больше просто нечем отбиваться. Комедия возникает в паузе между масштабом катастрофы и теми бытовыми средствами, которыми люди пытаются ей отвечать. В такие моменты Митчелл ближе всего подходит к Джо Данте, который тоже любил проверять приличную пригородную жизнь на прочность с помощью всякой нечисти. Главная проблема Платтов в том, что они каждый раз принимают экстремальную ситуацию за семейную терапию. В начале у их брака вполне реальные трещины, но стоит всей родне несколько раз чудом спастись, как прежние противоречия начинают мгновенно улетучиваться. Даже сама улица предлагает подходящую метафору: семейка давно варится в одном и том же быту, а теперь буквально заперта внутри собственного района.

Стоит кому-нибудь решить, что сейчас самое время обсудить возможный развод, как от былого запала остаются только следы динозавров на кухне. Истории катастрофически не хватает глубины и проработки характеров. Намеченные в первой половине конфликты – затаенная обида Дениз, тайная подработка Грега, подростковые переживания Одри – с наступлением мезозойского хаоса не получают полноценного развития, а просто задвигаются в дальний угол. Зато в этих эпизодах о себе напоминает знаменитый композитор Майкл Джаккино. Для автора музыки к «Миру Юрского периода» (2015) территория знакомая, но режиссеру особенно пригодилось умение Джаккино работать с саспенсом. Пока чудовище еще где-то за домом, оркестр вовсю растягивает тревогу. Когда начинается атака, музыка уже может разогнаться вместе с героями. А в перерывах может прозвучать Valerie Стива Уинвуда, которая на время возвращает городок к нормальной жизни, где люди слушали любимую музыку задолго до вторжения. Из-за такого контраста Оук-стрит не хочется покидать сразу после титров. Митчелл снял неровное, временами предсказуемое кино, но в ключевых сценах чувствуется редкая для блокбастера бодрость.