«Миньоны и монстры»: Помощники Грю штурмуют Аллею славы

В 2010 году миньоны были всего лишь смешными желтыми помощниками злодея, а сегодня от них практически негде спрятаться. Они поселились на футболках и рюкзаках, заполонили родительские чаты в соцсетях и давно живут собственной жизнью за пределами экрана. Студия Illumination охотно поддерживает это нашествие новыми продолжениями: предыдущие шесть мультфильмов франшизы вместе собрали почти $6 млрд. Для чудиков, которые когда-то занимались в основном тем, что мешали Грю работать, карьера получилась головокружительная. Рассказываем, как триквел о приключениях миньонов резко меняет настроение и обращается к истокам киноиндустрии.

Популярность желтой банды всегда сопровождалась вполне понятным раздражением. Их упрекали в нарочитой миловидности, бессвязной речи и безотказной коммерческой привлекательности. В новой картине Пьер Коффан и Брайан Линч предлагают взглянуть на этих персонажей чуть иначе, связав их комичность с традицией немого кино. Еще задолго до появления коротышек широкий экран был населен героями, которые попадали в нелепые передряги и сохраняли серьезный вид, даже когда вокруг все рушилось. На этом фоне миньонский юмор внезапно выглядит гораздо старше самой франшизы. Неудивительно, что мировые сборы триквела остановились на отметке в $490 млн (примерно в 2 раза меньше прошлых частей).

История начинается в музее Universal, где детям показывают роботов, инопланетян и прочие святыни фабрики грез. Публика почтительно узнает экспонаты и не замечает памятник двум желтым коротышкам. Между тем у Джеймса и Генри за плечами биография поинтереснее многих музейных табличек. До знакомства с Грю они уже успели поколесить по миру, сменить немало «больших боссов» и каждого довести до могилы. Их очередная остановка – Калифорния 1920-х, которая становится для героев первой настоящей встречей с киноиндустрией. Они случайно вмешиваются в съемки вестерна, где постановочное ограбление поезда за несколько минут перетекает в реальную аварию. Закадычные друзья умудряются спасти ситуацию, хотя действуют ровно так же, как обычно создавая неприятности. Для раздраженного режиссера Макса происходящее – потенциальное увольнение. Однако пышные братья-продюсеры (обоих озвучивает Джефф Бриджес) находят в бунтарях новый способ заработка. Вчерашние случайные гости становятся звездами и перебираются в жить большой дом.

Планы срывает главный технический прорыв в истории Голливуда – микрофон. Пока кино молчит, миньоны прекрасно вписываются в старые жанры: разыгрывают мелодраму, забредают в гангстерскую картину и фантастику. Illumination под каждую такую остановку слегка перекраивает привычный стиль анимации – добавляет черно-белое изображение, ускоряет движение, выставляет вперед условность декораций. Потом приходит звук, и вся система ломается. «Банана» можно произнести сотней способов, но из этого все равно не складывается диалог. Оставшись без карьеры, желтые товарищи решают снять собственный ужастик. Ради достоверности Джеймс лезет в старую книгу заклинаний и вызывает Гуми, крошечного родственника Ктулху, который ведет себя подозрительно дружелюбно для древнего чудовища. Остальная компания тем временем устраивается к Дорту, незадачливому роботу-завоевателю, ютящемуся в тесной квартире.

Первая половина мультфильма – виртуозная дань уважения немой комедии. Создатели с очевидным наслаждением копаются в архивах и заставляют своих подопечных воспроизводить культовые сцены вековой давности. Зрителя буквально бомбардируют отсылками к «Новым временам» Чарли Чаплина, новаторским трюкам Бастера Китона и Гарольду Ллойду, висящему на стрелках огромных часов. В открывающих титрах миньоны и вовсе умудряются влезть в кадры скачущей «Лошади в движении» Эдварда Мейбриджа, пробежать мимо «Выхода рабочих с фабрики Люмьер» и полететь на Луну вместе с Жоржем Мельесом. Градуса истории добавляет и вымышленный язык, который окончательно оформился в комедийный инструмент. Французский постановщик вновь в одиночку озвучил целую армию резвящихся коротышек. Истеричные вопли «Белиссима!» и «Мовиола!» периодически разрывают барабанные перепонки, но при этом на удивление точно передают эмоциональный заряд конкретной сцены. 

Голливудские эпизоды во многом позволяют студии посмеяться над своей же бизнес-моделью. Братья-продюсеры едва замечают коротышей, как уже представляют их на афишах, одежде и всем остальном, что можно размножить нужным тиражом. Узнать в происходящем реальную судьбу миньонов нетрудно. Даже их роскошный особняк, набитый одинаковыми желтыми физиономиями, выглядит продолжением сувенирной лавки. На этот раз шутка доходит дальше стандартного подмигивания взрослым: индустрия создает удобную звезду, раскручивает ее до предела и так же легко отказывается от нее, когда меняются правила игры. 

Однако за этим пестрым безумием обнаруживается довольно трогательная история о людях, простите, миньонах, которым нравится снимать фильмы. Джеймс настолько увлекается кино, что вместо нового злодея уже ищет удачный кадр: делает раскадровки и грезит банановым подобием «Оскара». Генри привычно следует за ним, а Эд объясняется жестами и порой остается на периферии их дружбы. Никаких душевных исповедей для этого не требуется. В триквеле герои гораздо лучше выражаются действиями: загадочно молчат, переглядываются и в очередной раз вместе идут туда, где все заранее обещает закончиться плохо. К тому же без Грю, Кевина, Стюарта и Боба новичкам не приходится обслуживать старые связи и повторять уже знакомые роли.

Слабее картина становится как раз тогда, когда наконец вспоминает о монстрах из названия. До середины авторы легко перескакивают из одной голливудской эпохи в другую, причем каждый эпизод успевает придумать себе отдельную комедийную механику. Потом появляются Гуми, Дорт и Дебби, персонажи расходятся по своим сюжетам, а история начинает спешно готовиться к захвату мира и большому городскому погрому. Ранние гэги работали почти безотказно: вещь попадала миньонам в руки, тут же использовалась не по назначению и запускала цепочку бедствий. В третьем акте такой точности уже не хватает. Парад юмора уступает место затяжной погоне, а мультфильм сворачивает к привычному семейному блокбастеру, где кульминацию принято измерять количеством разбитых домов. На экране с оглушительным грохотом рушатся здания, в воздух взлетают раскуроченные автомобили. Анимация начинает напоминать научно-фантастические боевики 1950-х. Пьер Коффан приносит искрометное остроумие в жертву утомительному визуальному шуму.

Монстры проигрывают голливудской истории еще и потому, что заставляют миньонов заниматься привычным делом: спасать мир после того, как они сами его едва не угробили. Гуми поначалу веселит уже одним видом маленького лавкрафтовского моллюска, а Трей Паркер протаскивает в анимацию узнаваемую картмановскую интонацию. Но довольно быстро становится понятно, зачем этот персонаж нужен сюжету и к чему все идет. С гигантскими чудовищами похожая ситуация: по отдельности они самобытны, а в общей свалке превращаются в пестрый клубок щупалец. Спонтанный роман Дорта с Дебби выглядит любопытнее благодаря контрасту между замашками завоевателя и его жалким бытом, но линия начинается слишком поздно, чтобы успеть раскрыться глубже.

Несмотря на неизбежный срыв мультфильма в проторенную колею грохочущего экшена, его изначальная дерзость с лихвой искупает все сценарные недочеты. Герои подтрунивают над «Гражданином Кейном» (1941) и «Поющими под дождем» (1951), бесцеремонно вмешиваются в мир Мельеса, по-своему повторяют трюки немой комедии – и именно такая фамильярность оказывается органичной для анимации. В «Миньонах и монстрах» много искреннего любопытства к киноиндустрии и заметна готовность создателей посмеяться над собой. Не самый очевидный комплимент для седьмой части серии, но, пожалуй, самый заслуженный.