«Месье Спейд»: Напускная вежливость и огонь азарта от Клайва Оуэна

Спустя три года после нашумевшего «Хода королевы» Скотт Фрэнк вернулся с новым проектом. Уже сейчас можно констатировать, что «Месье Спейд» не сыщет до той популярности, что обрушилась на ретродраму про злоключения гениальной шахматистки: в новом проекте нет столь явного накала страстей, да и выхода каждой серии все еще приходится ждать по неделе. Впрочем, крепкая интрига эту проверку временем проходит: уже в первой серии, представляющей собой обстоятельную экспозицию, находится место для нескольких секретов, густого саспенса и даже кровавой расправы.

При этом таинственный преступник не просто вламывается в женский монастырь, где жестоко расправляется с монашками, но и превращает место убийства в зловещую арт-инсталляцию. Неслыханное дело для крошечного городка на юге Франции! Но дальше – больше. Во-первых, действие разворачивается в послевоенной Европе, до которой до сих пор доносится грохот сражений. Начатая и бесславно законченная война в Алжире, о которой формально говорят в новостях по радио и отчаянно в частных разговорах, у многих вызывает не столько разочарование и усталость, сколько ярость, подкрепленную нежеланием проливать кровь за уже проигранные земли.

Во-вторых, эхом звучат преступления прошлого: всего несколько лет назад в тихой провинции свои зверства творили не только нацисты – не менее ожесточенной была борьба партизан и коллаборантов. В-третьих, новая, совсем не мирная реальность диктует свои условия – в телефонных трубках и на залитых солнцем проселочных дорогах звучат оглушительные выстрелы. Бонусом – религиозное противостояние, в котором замешан Ватикан, и деятельное участие в происходящем военных разведчиков и шпионов.

Не потеряться во всем этом многообразии помогает главный герой, в родных краях давно снискавший и славу, и репутацию. Сэм Спейд, главный герой романа «Мальтийский сокол» и его одноименной экранизации, оказывается для сериала существенной точкой опоры. А вот непривычные для него обстоятельства – новым вектором существования: к американцу местные с самого начала питают либо презрение, либо ярко выраженную неприязнь.

Легендарного Хамфри Богарта на мрачном посту сменил Клайв Оуэн, который в последние годы оставался в тени. Подобная судьба уготована и его герою: выполняя задание старой знакомой, частный детектив переправляет во Францию маленькую Терезу – дочку некоего Филиппа Сен-Андре. Девочка, как и сам Спейд, оказывается незваным гостем, а сделка приостанавливается на долгие восемь лет. За которые главный герой успевает жениться на богатой француженке, овдоветь, заняться виноделием и все-таки выучить чужой язык. Тереза тем временем живет в монастыре и постепенно приближается к 18-летию, возрасту, когда она сможет получить богатое наследство, оставленное ей матерью-аферисткой.

Количество действующих лиц регулярно расширяется. С кем-то Спейд за прошедшие годы выстроил подобие отношений – в конце концов в столь замкнутом мирке невозможно не обрасти связями. Учитывая его характер, держатся они на принципе «худой мир лучше доброй ссоры». В состоянии холодной войны Сэм находится с начальником жандармерии («Мы обсудили двоих людей, что хотят твоей смерти, а мне еще завтрак не принесли»), мужем совладелицы джаз-клуба и даже официантом, которого постоянно попрекает за то, что европейская еда не чета американской. Но есть и набивающиеся в приятели незнакомцы – молодой художник с благостной мамашей, которые подозрительно часто появляются на территории спейдовских владений. К слову, весьма обширных.

Запутанность личных связей – отличная канва для детектива, а при условии, что каждому есть, что скрывать, простор для поиска виновных практически безграничен. Кроме того, постоянное смещение фокуса – несколько линий развиваются параллельно – позволяет сделать арки персонажей объемнее: кто-то скрывается от властей, кто-то страдает от ПТСР, кто-то ищет возможности нажиться, а кто-то искупает грехи. У всех есть прошлое, а значит, никто не безвинен, считает Сэм. Что же, опыт не пропьешь.

Острый ум – тоже. Ироничные пикировки изнывающего от скуки Спейда – один из самых больших плюсов сериала. Ставки повышаются, когда оппонент оказывается не менее подкованным и азартным или внезапно обнаруживается третья сторона, в огород которой хочется забросить побольше камней. Изобретательность диалогов проявляется на всех уровнях – лексическом, грамматическом и даже фонетическом, благо герои успевают поругаться и на английском, и на французском.

У блестящих афоризмов, характерных скорее для литературных произведений, есть и обратная сторона – один из флешбэков отдает патетической вульгарщиной, которая могла удивить зрителя разве что сто лет назад. Но, к счастью, это единичный случай.

Наконец, «Месье Спейд» способен похвастаться прекрасной картинкой. Ретровайб почти осязаемый: в программе – шлягеры 1950-х и 1960-х, тщательно воссозданные детали интерьера и самая настоящая погоня на «роллс-ройсе». Оуэну удивительно идет расслабленный провинциальный шик, а вырвавшаяся из приюта Тереза, которую с Бет Хармон из «Хода королевы» роднит хладнокровность и непростая история взросления, пользуется любой возможностью, чтобы примерить винтажные наряды. От нуара тоже кое-что осталось, хотя, конечно, внешние атрибуты, вроде проливной грозы, выглядят скорее как фансервис.

Куда важнее оказывается то, что не проговаривается напрямую, и то, как с современностью резонирует образ человека из другого времени. Маскулинность, вызывающая в других страх. Старомодность, которую хочется обозначить более изысканной формулировкой. Умение держать паритет и отпускать контроль. «Люди приходят к тебе с проблемами, и эти проблемы становятся твоими», – вздыхает Спейд, когда объясняет, почему забросил детективную практику. К счастью, он лукавит: огонь в его глазах разгорается с той же силой, что и много лет назад.