«Безумное свидание»: Итальянские страсти встречают «Головоломку»

Обезумевший от волнения – в его-то 40 лет! – разведенец Пьеро (Эдоардо Лео) спешит на первое рандеву с молоденькой Ларой (Пилар Фольяти), с которой накануне познакомился в кабаке. Рандеву не простое, но сразу домашнее – синьорина, недолго думая, решила пойти ва-банк, хотя от смелости своей сама же на измене. И ладно, если бы на свиданке голубки наконец остались с глазу на глаз и щека на щеку – в допустимо нелепый диалог то и дело встревают голоса в их буйных головушках, мечтающих о любви.

Будучи хитмейкером всея Италии, маэстро Паоло Дженовезе еще с десяток лет назад эффектно прошагал по СНГ-прокату с камерной психодрамой о секретах, что укрыты паролями драгоценных смартфончиков. Его «Идеальные незнакомцы» громкой связью отозвались рекордным количеством ремейков и реплик, а теперь же и сам Дженовезе прибег к объемной и едва ли замаскированной цитате. Ведь если в сюжете всплывают персонификации эмоций, жди невольных сравнений с оскароносной «Головоломкой».

На родине постановщика сравнения эти, стоит полагать, вылились в кисельно-комплиментарное русло – «безумный» ромком успешно закрепился в топ-3 самых кассовых лент всего 2025-го, обогнав, представьте себе, даже кубический пост-мета-блокбастер от Warner Bros. И пусть весь остальной киномир не торопится, сверкая пятками, на свидание с эстетом Дженовезе, его очередная камерная зарисовка вполне заслуживает внимания всех мечтателей, замерших в ожидании амурных февральских праздников.

Несмотря на очевидность референса, по-хорошему незатейливая история о скромном обаянии первой романтической встречи колоритно разбавляется в прямом смысле слова разумным комедийным лейтмотивом имени тараканов в голове. Параллельно тому, как раскрасавцы с игривыми черными глазками Лео и Фольяти обмениваются остротами и откровениями на кухне в бережной и нежной итальянской хрущевке, квартеты их субличностей то способствуют сближению раскрасавцев, то всячески ему препятствуют.

Квартеты эти «душевные» хоть друг друга и чуть ли не всецело копируют, – и в мужском, и женском сознании найдется по своему цинику, романтику, интеллектуалу и развратнику – но входящие сигналы обрабатывают нередко полярным образом. И, надо признать, последовательно комично: с жизненностью юмора у картины проблем нет – каждый, независимо от пола и семейного положения, сможет узнать себя в той или иной гипертрофированной (ир)рациональной реакции и секундной слабости персонажей.

Узнаваемы и убранства здешних мозговых центров – если эмоциональные «подружки» Лары разрабатывают стратегии охмурения в достаточно светлой девчачьей комнатке, приукрашенной сухоцветами, разноцветной мебелью и дизайнерскими мелочами, то четыре демона внутри Пьеро принимают мужские – не всегда, впрочем, уверенные – решения на базе, напоминающей брутальное бюро расследований. С грубым кожаным диваном и засильем металла в деловом комплекте.

Вот только где тонкая грань между узнаваемостью идейного и визуального наполнения и стереотипностью мышления постановщика (чей male gaze, однако, вроде как удалось сбалансировать оптикой аж трех приглашенных сценаристок) – вопрос уместный. Жизненно все это, до боли знакомо, мило и духоподъемно, но вместе со всем этим и несколько утомительно в своих дружеских напоминаниях о том, что одни из нас с Венеры, другие – с Марса, но на Земле мы все в друг друге сильно нуждаемся.

Особенно вымученность и приторность итальянского морализаторства проступает на поверхность тогда, когда обворожительный юмор ленты отходит в сторону, предоставляя шанс выпрямиться ее драматической кривой. Хотя, увы и ах, все здешние микроконфликты кажутся просто-напросто безосновательными и лишь кровь из носу пытаются подточить нешуточную химию между нешуточно харизматичными героями с их внутренними оркестрами низменных комплексов и возвышенных устремлений.

«Безумное свидание», как ни парадоксально, проигрывает, когда пытается походить на тех же «Идеальных незнакомцев», где переломы сюжета если и не шокировали, то как минимум провоцировали эмоциональный отклик. А робкие царапинки на теле новоиспеченных голубков, что Дженовезе так отчаянно старается продать за все те же переломы рабочего характера, заставят разве что усмехнуться или фыркнуть в надежде вновь напитаться пусть и наивным, но животворящим любовным настроением.

Сквозь пыльно-розовую, слегка замыленную, но все же приятную глазу ромком-призму Лара и Пьеро представляются незнакомцами и впрямь из разряда безупречных, в чье безупречное будущее так и хочется верить с порога. Равно как и, не дождавшись неприятных сюрпризов, у этого же самого порога оставить парочку друг с другом уже «знакомцев» встречать свое сказочное «долго и счастливо», где их крикливые подсознания непременно поладят и в унисон запоют куинновскую Somebody to Love.

Сложносочиненной симфонии, щедрой на междустрочные смыслы, однако, ждать от ленты не стоит, так же как и, вероятно, удобоваримой философской дискуссии на среднестатистическом первом свидании. Куда лучше будет, не пытаясь подобрать определения и гендерно-нейтральные эпитеты и даже не сравнивая персонажей с детскими мультяшками, раствориться в одноразовой чувственной фантазии с бокальчиком кьянти и тарелочкой сыров на вкус любого требовательного таракашки из головы.