«К себе нежно»: О любви – внутренней и внешней

В российский прокат выходит терапевтическая мелодрама «К себе нежно», вдохновленная одноименным нон-фикшен бестселлером. Прописные тезисы о важности заботы о себе сценаристка Дарья Грацевич («Измены», «Купи меня», «Черное облако») переработала в трагикомедийный сюжет о распавшейся ячейке обществе, члены которой даже спустя годы после расставания не способны взглянуть правде в глаза. И если Борис (Артем Ткаченко) сумел наладить личную жизнь и даже встретил девушку мечты (Пелагея Невзорова), к слову, абсолютную противоположность бывшей (Карина Разумовская), то сама Надя намертво застряла в давней травме, в существовании которой не хочет признаться даже себе самой.

Дамокловым мечом для обоих становится все еще действительный штамп о браке. В случае Нади он приводит к кошмарам фарсовой тональности: на отдыхе в роскошном отеле ее подстерегает множество визуально притягательных, а на деле ужасно неприятных вещей. Борис же идет на крайности весьма сознательно – в какой-то момент он просто исчезает со всех радаров. Хуже всего то, что вроде бы заметенное под ковер психологическое давление бьет по общему ребенку (Алиса Конашенкова), которому приходится не только справляться с собственными проблемами, беспрестанно возникающими в подростковом возрасте, но и балансировать между родителями, стараясь случайно не предать одного и не усугубить моральное состояние другого.

Отсутствие крепкого фундамента очевидно: поначалу «К себе нежно» напоминает плавильный котел, в который брошены все проблемы мира и пустые трюизмы. Создатели предвосхищают естественную реакцию на происходящее и пытаются ее нивелировать, в том числе вкладывая в уста самой осознанной и проработанной героини вялые возражения о поголовном навешивании ярлыков, и отпуская совершенно безобидную ремарку в адрес инфоцыган. Но ярлыки все-таки выполняют полезную функцию, определить – значит ограничить, и когда характеры наконец перестают быть необязательно-расплывчатыми, в дело вступают актеры, и ситуация несколько исправляется.

Очевидное и, пожалуй, главное достоинство ленты – витальная смелость Карины Разумовской, которая бросается в непростую авантюру словно в омут и даже явные перегибы в поведении своей героини передает без единого намека на злую карикатуру. Хотя Надя – ходячий пример того, как жить не надо. И одновременно – наглядное объяснение почему: узнаваемый образ артистка рисует такими широкими и одновременно точечными мазками, чтобы даже до самого непонятливого человека в зале дошло, в чем ошибочность и бессмысленность типового мышления, предполагающего борьбу ради борьбы, неумение получать удовольствие от момента, а также панический страх потери контроля.

Предпосылки подобного поведения и механизмы его зарождения в кадре отсутствуют – старшее поколение представляет только пережившая инсульт свекровь (Любовь Артемьева), которую Наде пришлось выхаживать, то есть с ее появлением цепочка продолжилась, а не началась. Тем не менее, ситуация, когда человек борется за настоящее, в воинственном запале не замечая это самое настоящее, не редка, повсеместна, и достойна не ядовитой сатиры, а искреннего сочувствия. Опять же устами героев проговаривается аксиома о том, что ни произведение искусства, ни чужой опыт не способен повлиять на человека так, как личная трагедия, заставляющая полностью переосмыслить жизнь.

Без экранного преображения, впрочем, никуда, и здесь создателей картины можно похвалить – они прямо заявляют о том, что готовых схем не существует, а значит к идеалу можно приблизиться и окольными путями. Надя выбирает спорт, который помогает ей собраться и привести в порядок не только тело, но и голову. Второе, разумеется, сложнее, и подход здесь требуется комплексный, в том числе включающий налаживание социальных связей. В этом смысле для героини припасена палочка-выручалочка: откровенных мерзавцев в ее окружении не водится, а вот разных взглядов на жизнь хоть отбавляй, что отлично демонстрируют не только неожиданные разговоры по душам, но и лобовая, а потому действенная метафора, в которой гордо вышагивающая на шпильках женщина все еще ощущает себя рыцарем в тяжеленных доспехах, для которого поднятие забрала равносильно смерти.

Визуал вообще любопытный, хотя и характерный скорее для проектов десятилетней давности, обладавших еще не истершимся глянцевым лоском. Примерно оттуда же и некоторые шутки, хотя колкости о климаксе, пожалуй, остаются такими же вневременными, как и студентки-третьекурсницы из бородатого анекдота. Безусловно удачные ремарки в принципе соседствуют с совершенно бредовыми репликами, которые артисты не способны оживить при всех своих талантах и старании. Иногда, впрочем, вызванная ими неловкость намеренная: в пару железной леди определен очаровательный ветеринар (основная коллизия связана с оказавшейся не в тех руках собакой).

Для Леонида Бичевина эта роль – настоящий подарок, позволяющий блеснуть всеми сторонами: и мускулы продемонстрировать, и прекрасный голос. У Артема Ткаченко привычно хорошо выходит ироничная колкость, а его партнерша по «Вампирам средней полосы» Ольга Медынич и лицом и телом отыгрывает принцип «мне этот мир абсолютно понятен». Остальные либо слишком функциональны, либо эпизодичны – например, Владислав Ценев в плавках (ради которых, видимо, все и затевалось) появляется на полторы минуты.

«К себе нежно» в итоге выглядит компромиссным вариантом для праздников – на подходе к экватору фильм обретает и художественную и смысловую целостность. И хотя окончательно не лишается несколько вымученных разрешений конфликтов и совпадений, которым сложно подыскать логическое объяснение, отлично ложится на календарные реалии: когда еще давать себе разрешение дышать полной грудью, как не весной?

Вопросы все равно останутся, но только в том случае, если обдумать увиденное как следует (скажем, провозглашая плюрализм мнений, создатели все равно сводят их до категории правильных и неправильных). А для тех, кто придет в кинозал с целью расслабиться и отдохнуть от суеты, смысловая нагрузка будет не обременительной, раз даже школьные учителя гуглят слово энтропия. Да и саундтрек задорный – настроение поднимает.