Слушать подкаст
!!! Треков не найдено
15:28
КиноРепортер > Интервью > «Иногда миниатюры для Эдуарда Сурового придумываются месяцами, а бывает — за минуту до выхода на сцену»: Интервью с Гариком Харламовым

«Иногда миниатюры для Эдуарда Сурового придумываются месяцами, а бывает — за минуту до выхода на сцену»: Интервью с Гариком Харламовым

26 декабря 2019 /
«Иногда миниатюры для Эдуарда Сурового придумываются месяцами, а бывает — за минуту до выхода на сцену»: Интервью с Гариком Харламовым
«Эдуард Суровый. Слезы Брайтона»

Резидент «Камеди клаб» рассказал о том, как придумал образ странного барда, что случилось с юмором за последние 20 лет и почему ему нравится играть вместе с женой.

— Гарик, вы в юморе больше 20 лет. Как за это время в России изменился жанр комедии?

— Очень сильно. Когда я только начинал, в стране было ограниченное количество площадок, на которых ты мог себя проявить. Это, в первую очередь, КВН. Потом возник «Городок», но это была уже авторская передача, в которую невозможно было попасть. С появлением Comedy Club развился новый для страны жанр, перевернувший индустрию. Тогда появились и стендапы, и скетч-шоу и многое другое. Я всегда говорил, что «Камеди» дал дорогу большому количеству разного юмора.

— Вам не кажется, что сейчас комедия становится все жестче и грубее?

— Я никогда не делил юмор на ниже пояса или выше: бывает либо смешно, либо нет. Ведь комедия — это завуалированная смешная правда. И юмор это то, что заставляет человека смеяться. При этом, не буду себя обманывать, иногда шутки действительно скатываются за грань комедии и становятся оскорбительными. Поэтому, рамки, безусловно, должны быть.

— Comment Out, «Прожарка», «Лига плохих шуток», «Что Было Дальше» — это все шоу, в которых люди, по сути, оскорбляют друг друга. Почему это сейчас так популярно?

— Есть такое. Ну, во-первых, мы все любим смотреть на то, как люди друг друга поливают грязью. Поэтому, думаю, «Дом-2» и существует до сих пор. Во-вторых, это просто тренд. Юмористический тренд. Это как мода: сейчас весело смотреть это, завтра будет что-то новое.

Тимур Батрутдинов и Гарик Харламов на сцене «Камеди клаб»

— Вы очень активны в инстаграме: у вас там и мемы, и видео, и личная жизнь. Почему он у вас именно такой?

— Я люблю веселиться и обожаю веселить других. И мне нравится, что у меня много комментариев и люди очень активно себя ведут.

— Все, что у вас выходит, вы делаете сами?

— Почти все, да. Понятно, что видео я монтирую не сам: мне приходит идея, я скидываю ее ребятам и они доделывают все остальное.

— Ваш друг и коллега Гарик Мартиросян ушел из большого юмора в мир стендапа. Сами не думали об этом в будущем?

— Я стендап очень люблю, но сам не пробовал и пока не собираюсь. Для меня это нечто чужеродное. Хотя этот жанр я очень люблю и много чего смотрю. В комедии я все время люблю открывать что-то новое, возможно, когда-нибудь и выступлю.

Харламов в образе Эдуарда Сурового

— Многие комики признаются, что в жизни очень часто испытывают депрессию. Как у вас с этим?

— Конечно, по причине я депресснуть могу, но что бы просто так ходить с кислой миной — нет, такого не бывает. Для меня стакан всегда наполовину полон. Я пытаюсь себя бодрить, даже если на это и нет особых причин.

— Вы помните, как придумали образ Эдуарда Сурового?

— Это было лет 10 назад. Мы сидели в кабинете с Гариком Мартиросяном, придумывали шутки, а он в это время держал в руках гитару. Мы разгоняли миниатюру, а из нее уже вот так все сложилось.

— То есть, вы случайно придумали персонажа?

— Все верно. В юморе так часто бывает.

«Эдуард Суровый. Слезы Брайтона»

— Как сейчас проходит процесс создания песен?

— Всегда по-разному, зависит от того, переделываем ли мы известную песню или придумываю свою. Конечно, переделывать гораздо легче, потому что у нас уже есть мотив и слова. Вообще, придумать материал для Эдуарда Сурового — самая сложная с точки зрения авторства задача.

— Сколько нужно времени, чтобы создать одну миниатюру на 10 минут?

— Последний Суровый придумывался месяц — по песне в три дня. А бывает, что песня или даже несколько сочиняются буквально за пол часа до эфира. Когда именно тебя осенит идея — не знает никто.

— Почему решили снять целый фильм про Эдуарда?

— Мне очень давно хотелось сделать что-то с Суровым в плане кино, но я не знал, как именно подойти к фильму. Когда ты 10 минут выступаешь на сцене — это одно, а на протяжении полутора часов держать людей в кинотеатре — задача другая. Да и достойных идей у меня не было. Но однажды я открыл для себя формат мокьюментари и понял, что это хорошая платформа для персонажа. Ну и это была отличная возможность сделать первый отечественный мокьюментари — как это было с «Самым лучшим фильмом». Кто бы о нем что не говорил, но это был первый российский фильм-пародия. С этой идеей я пришел к Славе Дусмухаметову и мы тут же слились в творческом тандеме. Думаю, у нас получилась классная штука, тем более в кинотеатрах фильм не пойдет — мы подарим его нашим зрителям и покажем по ТНТ 30 декабря.

— У вас есть ориентиры в юморе?

— В детстве меня просто до истерик доводили тексты Аркадия Аверченко. Еще нравились Карцев и Ильченко, Задорнов, Евгений Петросян — у него были очень крутые вещи.

«Эдуард Суровый. Слезы Брайтона»

— Как вам кажется, может ли фильм о Суровом кого-нибудь обидеть? Например, людей, которые отказываются иронизировать над советским прошлым. Что вы им посоветуете?

— Сомневаюсь. Никакой обидной подоплеки в картине нет точно. Это история про реально существовавшего в 70-е годы певца по имени Эдуард Суровый. Автобиография. Так что обидеться могут только те, кто знаком с действительными доказательствами его реального существования. Мы в этом сомневаемся, потому что сценарий — плод нашей фантазии. Хотя если вы посмотрите фильм, вам он покажется настоящей правдой. Мы уже проверяли это на фокус-группах.

— Расскажите, каково было играть возлюбленных с Кристиной Асмус в фильме?

— Ну, мы же играли не самих себя, а персонажей. И я не совсем похож на Сурового, и Кристина на свою героиню — особенно. Так что это совсем не мы с Кристиной, пара там весьма своеобразная. А вообще, это не первая наша совместная работа. Мы же снимались вместе в комедии «Легок на помине», вот там мы как раз играли пару. И Кристина уже тогда была беременна нашей дочерью, поэтому опыт есть. Интересно, прикольно. Но когда ты играешь в кино, это уже не ты, ведь всегда нужно абстрагироваться. Бывает так, что в кино пару играют люди, которые ненавидят друг друга в жизни. Или наоборот: муж и жена играют тех, кто ссорится по сценарию. Хороший артист не переводит реальные чувства к человеку на персонажа. Задача режиссера и актера показать совершенно иного человека, а не просто Гарика Харламова в кадре.

—  А какие фильмы в жанре мокьюментари ваши любимые и почему?

— Их много. В 2015 году вышел прекрасный фильм «7 дней в аду» про теннисистов, игравших свой матч целую неделю. Отличная работа! Еще был прекрасный фильм от HBO «На колесах» про велосипедистов гонки Тур-де-Франс ( в нем сыграли семикратный победитель Тур Де Франс Лэнс Армстронг и боксер Майк Тайсон — прим. «КР»). Там реальные звезды рассказывают о несуществующих вещах, это чистый мокьюментари. Были и отдельные скетч-шоу, которые я тоже люблю смотреть.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Next page

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: