«Пять ночей с Фредди 2»: Возвращение в самую жуткую пиццерию

Еще 10 лет назад превращение инди-игры про одержимых аниматроников в глобальный культурный феномен выглядело маловероятным сценарием. Однако к 2020-м экранизации видеоигр стала мейнстримом. На стримингах они получают профессиональное признание («Одни из нас», «Аркейн»), в прокате собирают многомиллионную кассу («Соник в кино», «Братья Супер Марио»). Five Nights at Freddy’s начиналась как малобюджетный хоррор одного разработчика, но благодаря YouTube и стримерской культуре превратилась в вирусный хит с неожиданно юной аудиторией. Но возник вопрос: останется ли эта франшиза лишь шумным фанатским феноменом или сможет вырасти в полноценное жанровое кино?

Студия Blumhouse после многолетних усилий выпустила экранизацию, которая, несмотря на критику, стала одной из самых успешных игровых адаптаций в истории, собрав $291 млн. Фильм 2023-го также установил рекорды по просмотрам на стриминговом сервисе Peacock, где одновременно с прокатом был доступен для онлайн-просмотра. Успех в прокате и онлайн-трансляциях подтвердил, что Фредди Фазбер и его механические компаньоны остаются популярными, несмотря на негативные отзывы критиков. В связи с этим продолжение проекта с увеличенным бюджетом, расширенным актерским составом и улучшенными спецэффектами стало неизбежным.

«Пять ночей с Фредди 2» подхватывают историю почти сразу после финала первой части. Охранник Майк Шмидт (Джош Хатчерсон), его младшая сестра Эбби (Пайпер Рубио) и полицейская Ванесса (Элизабет Лэил) пытаются выстроить подобие нормальной жизни после пережитого кошмара. Однако для Эбби разрыв с аниматрониками оказывается болезненным: девочку иррационально тянет обратно к странным «друзьям» из пиццерии. Ванесса тем временем остается один на один с осознанием собственного происхождения – она дочь Уильяма Афтона (Мэттью Лиллард), серийного убийцы, и это знание возвращается к ней навязчивыми кошмарами. Эти сны служат драматургической подпоркой для внутреннего конфликта героини, но фильм не считает нужным прояснять их механику. Лиллард, появляясь лишь эпизодически, работает с максимальной отдачей, а Скит Ульрих неожиданно добавляет картине живой нерв в роли Генри Эмили, привнося в эту вселенную отголоски старого слэшера.

Фильм начинается с пролога 1982 года, который знакомит зрителя с предысторией Марионетки – одного из самых пугающих персонажей в мифологии FNaF. В зале пиццерии Freddy Fazbear маленькая девочка становится свидетелем ужасного события: основатель заведения Уильям Афтон, одетый в костюм талисмана, похищает мальчика и утаскивает его за кулисы. Попытка спасти ребенка заканчивается трагически – девочку убивают прямо на сцене, и ее тело падает в руки безжизненной куклы. Так появляется новый главный антагонист, в котором человеческая трагедия сливается с механическим телом. Эта сцена задает мрачный тон всему фильму, но также обнажает одну из его ключевых проблем – внутреннюю логику. Связь между девочкой и Марионеткой, которая возникла еще до ее гибели, не получает четкого объяснения. Однако для сценариев Скотта Коутона такие смысловые разрывы характерны.

Главный просчет первой части заключался в ее парадоксальной стерильности: при всей мрачности антуража фильм оставался удивительно скучным и чрезмерно серьезным, почти не делая реальных попыток напугать. Сиквел эти ошибки учитывает и пытается их компенсировать. «Пять ночей с Фредди 2» заметно прибавляют в динамике и плотности хоррор-сцен. Пугающих моментов стало ощутимо больше, хотя работают они преимущественно за счет предсказуемых скримеров. Рейтинг PG-13 сильно ограничивает градус жестокости: без крови, без натурализма, только череда аккуратных подростковых испугов. Однако упрекать Five Nights at Freddy’s в избыточных бу-эффектах – значит игнорировать природу самой франшизы. Скримеры всегда служили ее жанровой подписью, и их дефицит во многом объяснял, почему первый фильм воспринимался как пресный и безопасный хоррор. 

Сиквел заметно расширяет визуальные границы: камера покидает мрачную пиццерию и перемещается между шумным FazFest, заброшенными ангарами и школьными коридорами. Мир стал масштабнее и шире, но по-прежнему самые тревожные сцены разворачиваются в узких и темных местах – знакомых проходах, пропитанных ожиданием беды. Новые аниматроники вызывают страх с поразительной точностью, буквально перенося на экран образы из игр. Главное их преимущество – это не холодная CGI-графика, а живые кукольные костюмы, созданные в мастерских Джима Хенсона. Художники и инженеры провели огромную работу: механические звери детально проработаны, грозно поблескивают стеклянными глазами и выглядят так, будто этот безумный мир был создан специально для них.

«Пять ночей с Фредди» изначально строились на болезненных темах детской травмы, эксплуатации и безразличия со стороны корпораций. В первой части Майк Шмидт находился в беспощадной экономической системе, где работа исчезала в мгновение ока, а семья держалась только на доверии. Во второй части эти мотивы стали едва заметны, словно их отодвинули на второй план из-за фансервиса. Режиссер Эмма Тэмми и продюсер Джейсон Блум прямо признались, что ориентировались на ожидания поклонников. В фильме появляются многочисленные отсылки, новые персонажи и монстры, но социальная критика уходит на задний план. Франшиза, которая когда-то была понятной метафорой неравенства и трудовой эксплуатации, теперь утонула в перегруженном мире, где важнее найти очередную пасхалку, чем задуматься о реальности.

Парадокс в том, что у «Пяти ночей с Фредди 2» были все шансы стать полноценным хоррор-аттракционом. Создатели допустили осторожную самоиронию, которая смягчала заведомо абсурдную концепцию. В фильме используются визуальные гэги и легкий юмор, что помогает снять излишнюю тяжеловесность. Эта интонационная корректировка действительно идет на пользу сиквелу: он кажется более живым и динамичным по сравнению с оригиналом. Однако сценарный кризис остался нерешенным. Раздутый мифологический пласт, вяло развивающаяся человеческая драма и агрессивный фансервис вступают в конфликт, не создавая цельного высказывания. В итоге картина продолжает страдать от той же структурной проблемы – сумбура и надуманности, хотя теперь это подано под более ярким визуальным соусом.

«Пять ночей с Фредди 2» сложно назвать хоррор-сиквелом, который качественно переработал неудачный оригинал, как это сделали, например, в ленте «Проклятие Аннабель: Зарождение зла». Однако эволюция формулы очевидна. Если первый фильм лишь формально отвечал запросам фанатов и отталкивал случайных зрителей своей излишней серьезностью, то продолжение предлагает более универсальный формат. Любители находят здесь пасхалки, долгожданных персонажей и знакомые мотивы, а неподготовленная публика получает развлекательный слэшер о механических чудовищах. Более того, финал впервые намекает на интересное развитие событий в третьей части. Если студия Blumhouse и режиссер Эмма Тэмми учтут очевидные ошибки, следующая поездка в пиццерию Фазбера действительно может вывести эту историю на новый уровень.