«Детектив Холе»: Забористый сериал о коррупции и ритуальных убийствах

В следующем году книжной франшизе о Харри Холе исполняется 30 лет: первый роман о неуживчивом, но результативном полицейском из Осло отлично приняли в Скандинавии, и со временем цикл увеличился до тринадцати книг. Вширь разрослась и сама вселенная – Холе забрасывало в разные государства, да и в родной Норвегии он мог похвастаться богатейшим опытом и уникальной квалификацией. Именно ему, например, пришлось ловить первого в стране серийного маньяка, действовавшего в «Снеговике», – до недавнего момента единственной экранизированной книге серии.

Несмотря на крепкую съемочную команду и звездных актеров фильм провалился по всем фронтам: главный герой в исполнении Майкла Фассбендера был похож на беспомощного алкаша, полнометражный формат съедал львиную долю важных нюансов, а вместо голливудского лоска неожиданно возник флер низкопробного телемыла.

За вторую попытку взялся сам Ю Несбе, лично написавший сценарий к сериалу Netflix, давно проявлявшим повышенный интерес к скандинавскому киноландшафту. Итог предсказуемый: «Детектив Холе» снят очень близко к оригинальному тексту. Из-за чего возникают вопросы как содержательного, – уж очень хитроумной оказывается ключевая интрига – так и технического характера. И хотя второстепенные герои бросаются высокопарными фразами про ИИ, некоторые маневры в современном мире выглядят попросту нереалистичными.

Нельзя не учитывать и излюбленных приемов писателя, способных разочаровать тех, кто привык к гениальным полицейским и преступникам, загоняющим друг друга в интеллектуальную ловушку: у Несбе промежуточный результат часто зависит от того, кто из оппонентов облажается раньше и сильнее. Случайные совпадения и подслушанные реплики в его произведениях могут полностью изменить вектор всего расследования, а во главу угла ставится человеческий фактор, который в экстремальных условиях выкручен на максимум.

Так, Холе (Тобиас Зантельман) всерьез заявляет, что заметил бы ключевую улику с первого взгляда, если бы не был пьян (его проблемы с алкоголем красной нитью проходят через весь цикл), о важных вещах герои договариваются на людных улицах, а с первым встречным заводят задушевные разговоры о личной жизни, тут же вываливая всю подноготную о бывших и нынешних любовниках, а также проблемах с начальством.

Впрочем, для большей зрелищности Харри оказывается на пересечении нескольких сюжетных линий. По долгу службы он ищет серийного маньяка, оставляющего на месте убийств кровавые алмазы и сатанинские символы, и одновременно пытается разоблачить насквозь коррумпированного коллегу – капитана Тома Волера (Юэль Киннаман), наводнившего город нелегальным оружием. А в свободное время пытается наладить отношения с давней возлюбленной Ракель (Пиа Тьелта) и ее сыном-подростком. А еще справиться с собственными демонами – от непреодолимой тяги к спиртному до ночных кошмаров, вызванных трагической, но глубоко закономерной потерей напарников.

Эпизоды дезориентации, сняты, пожалуй, выразительнее всего, хотя в сериале чувствуется платформенный размах – от вертолетной погони на первых минутах до широкого включения местных звезд: Петер Стормаре играет главаря бандитов по прозвищу Один, а любимчик Йоакима Триера Андерс Даниельсен Ли – доморощенного философа и деспота, мгновенно вызывающего подозрения. Лихорадочность происходящего поддерживает царящая в городе жара – прием, сам по себе рвущий шаблоны о северной стране. Осло утопает в зелени и солнце, но на цветущий сад не похож даже отдаленно.

Особенно обманчивым миролюбием пропитан экспозиционный пилот, в котором кошмар тревожника не способны отогнать ни яркие блики на воде, ни робкие поцелуи, ни семейная суббота в парке – стоит только довериться ощущению счастья, и в следующую секунду все летит к чертям.

Цветовую палитру усиливают фильтры бутылочных оттенков – от абсента до шартреза. Но зелень традиционно разбавляют кровавые всполохи: скандинавы все еще делают ставку на телесность, открывающую пути к неизбежному насилию. Бессмысленность расправы во время вооруженного ограбления не дает Харри спокойно спать даже годы спустя. Противостояние местных банд выливается в жестокие уличные стычки. А Юэль Киннаман впервые со времен «Видоизмененного углерода» играет безупречную машину для убийств.

Его Волер с легкостью крадет внимание и у самого Холе, и у номинального главного злодея, на след которого полиция выходит не сразу (что удивительно, повторный заход срабатывает на интригу, открывая у сериала второе дыхание). Он одновременно и прожженный манипулятор, чья неожиданная сентиментальность (здесь важно дождаться сцены после финальных титров) вызывает смешанные чувства, и человек с извращенным чувством справедливости, самолично возведенное в ранг священной миссии, и верный цепной пес. Максимально неоднозначный, но завораживающий как раз той легкостью, с которой он слетает с катушек и позволяет себе самые дикие выходки.

Но активный вклад Киннамана в происходящее не спасает «Детектива Холе» от нелестных ярлыков. Сериал выглядит устаревшим – о том, что борьба всего хорошего против всего плохого никогда не работает, было сказано примерно тысячу раз. И в теме перегибов на местах и глобальной институциональной уязвимости за прошедшие десятилетия тоже не наметилось никаких прорывов.

Даже выбор музыки, если не говорить о признанных хитах, характерен для сериальных флагманов десятилетней давности – скажем, «Люцифера» или «Проповедника». Неудачным, впрочем, его не назвать при всей попсовости: бушующие внутри чувства герои заглушают такой же неистовой музыкой – в кадре звучат Sex Pistols и Ramones, Fever Ray и Dead Weather, Игги Поп и The Doors. А еще пульсирующими волнами наплывает оригинальный саундтрек, написанный Ником Кейвом и Уорреном Эллисом.

Саспенс тоже густой, но если все же отвлечься от визуально-звукового оформления «Детектива Холе», можно заметить немало отрезвляющего, особенно для любителей жанра. Грядущее увольнение Харри не выглядит таким уж решенным делом, хотя вопрос работы для героя – поистине экзистенциальный: с алкоголем он завязать худо-бедно может, а вот со службой – нет.

Прорывающаяся сквозь суровый фасад сентиментальность, которая мгновенно сбивает с него флер алкоголика с непростой судьбой, выглядит скорее данью изменившимся тенденциям, чем искренним жестом. Почти все второстепенные персонажи остаются ходульными, рабочая обстановка отсутствует как класс, а некоторые линии, непосредственно связанные с расследованием, после сюжетной кульминации просто обрываются. Зато никуда без клюквы про КГБ и чеченцев и насмешливо-несвоевременной отсылки к «Человеку-пауку». Впрочем, дать шанс «Детективу Холе» можно ради нуарной атмосферы и центрального противостояния – что из этого вам больше по вкусу, выяснится в процессе.