«Кибердеревня 2»: Мечтают ли москвичи о собственной планете

С финала первого сезона минул год. ГолографИИческая Галина, оказавшаяся в теле Барагозина, уверенно управляет его компанией и одновременно пытается избавиться от своих технических недостатков. В «плену» у нее находится Робогозин, который не теряет надежды вернуть все на свои места. Родные Николая, лишившиеся буквально всего, еле сводят концы с концами, мечтая, чтобы глава семейства скорее вернулся домой. А сам гениальный изобретатель отбывает срок в «лучшей тюрьме во вселенной». Коля тоже не намерен мириться со своим положением, и потому он готовится сбежать, чтобы восстановить справедливость.

Зафиксируем главное. «Кибердеревня» – все еще ламповое, забавное и креативное «черное зеркало» нашей действительности. Достоинства сериала, за которые он так полюбился отечественным зрителям, никуда не делись. Авторы шоу продолжили оригинальный курс на атмосферное космическое роуд-муви, сдобренное мокьюментари, остроумной сатирой и изрядной порцией российского колорита. На этот раз Коля и Робогозин окажутся в самых неожиданных уголках вселенной: от Меркурианского курорта и голографической планеты с единственным жителем до внутренностей человеческого организма (все, впрочем, в пределах нормы).

Все это с фирменным креативом, самобытностью и отсылками к классике научной фантастики и нашей культуре в целом. Ивановские невесты, тюремная «романтика», больничные будни, современное телевидение и даже перефразирование «Брата 2». Сатира в «Кибердеревне» продолжает органично соседствовать с бытовой комедией, но юмор, к сожалению, не избавился от недостатков первого сезона. В шутках важно чувство меры, которое у создателей сериала, безусловно, имеется. Вот только иногда контроль за этим теряется, и получается неровная комедия вроде серии про Москву, где в миллиардный раз по зажравшимся жителям столицы проходятся кокосовым латте, тоннами плитки и огромными квартирами от родственников. Но за отсылку к «Беспринципным» все равно стоит поставить плюс.

Акценты на персонажах тоже не всегда расставляются сбалансированно. События на Земле развиваются небезынтересно, но особых эмоций не вызывают. Роднули-девчули Николая и вовсе редко имеют сюжетный вес. Чего нельзя сказать о насыщенных приключениях главных героев, посещающих необычные локации, встречающих харизматичных людей и продолжающих разбираться в собственных желаниях и эмоциях. История развивается в том числе благодаря старым-новым конфликтам между Колей и Робогозиным, вот только путь эгоистичного владельца компании, заточенного в оболочку робота-уборщика, от зла к добру проходит неровно. Поскольку после очередного жизненного урока, который принимает герой, все как будто возвращается на круги своя. Словно разработчики после каждого эпизода меняют программное обеспечение и откатывают моральную прошивку Робогозина обратно.

Отчасти такой подход слегка обесценивает опыт, который дуэт пережил за пару сезонов. Потому наиболее запоминающимися сценами все равно остаются небольшие эпизоды с личными драмами второстепенных героев. Слегка заносчивый отец-хакер, переживший утрату супруги. Сирота-бандитка с устаревшим роботом-спасателем, заменившим девочке семью. Гениальная студентка, познавшая горечь первой любви и теперь вынужденная жить отшельником со своими травмами. Коля и Робогозин (последний, разумеется, в меньшей степени) помогают всем, кого встречают в своем путешествии. В этом плане «Кибердеревня» схожа с «Тедом Лассо», где, несмотря на эмоциональные перипетии сюжета, также преобладала атмосфера доброты и надежды.

Создатели сериала снова подводят нас к определенным выводам, направляя зрителей в сторону нравственности и гуманности. Делают они это эмоционально, слегка высокопарно, но без ощущения нравоучений. Так или иначе, «Кибердеревня» продолжает настаивать, что многие проблемы в нашей жизни происходят из-за отсутствия диалога и взаимопонимания. В кульминационный момент Николай выдает яркий монолог, в котором задается важным вопросом: почему мы занимаемся грызней вместо того, чтобы лететь к звездам? И вопрос этот, разумеется, исключительно риторический.