Вне возраста и времени: За что Александра Яценко любят режиссеры и зрители

В 2006 году на экраны вышло «Свободное плавание» Бориса Хлебникова – фильм, который сразу же назвали манифестом нового поколения отечественных режиссеров. В картине о пасторальной, будто бы застывшей в зыбком тумане российской провинции эпохи стабильности главную роль сыграл Александр Яценко. После этой работы артист моментально стал не иконой, конечно, но уж точно героем для чутких зрителей, искавших в молодом российском кино способы обрести новую идентичность. Первой же большой ролью (прямо перед встречей с Хлебниковым) стал Миша из «Мне не больно» Алексея Балабанова. Правда, в этой ленте героя переозвучил Евгений Миронов.

Собственно, такая ситуация не выглядит ничуть удивительной: персонажи, благодаря которым Яценко завоевал первую, но самую искреннюю зрительскую любовь, были не склонны к долгим разговорам. Напряженное созерцание и какая-то трогательная расфокусированность – таковы его герои в фильмах «Свободное плавание», «Сердца бумеранг» Николая Хомерики и альманахе «Короткое замыкание» – уже официальном манифесте режиссерского поколения, открытого на сочинском кинофестивале и там же названного «новыми тихими».

После попадания в обойму умных артистов, специализирующихся преимущественно на артовых фильмах, сложно было представить, какой вираж ждет Александра. Всего через год после хлебниковской «Долгой счастливой жизни» он резко сменил амплуа и эпоху, появившись в образе режиссера Егора Мячина в «Оттепели» Валерия Тодоровского.

Фантастический успех сериала вывел актера из артхаусного гетто. Дальше все шло уже по нарастающей – «Дуэлянт», «Ледокол», «Тихий Дон»… И новая волна народной любви настигла Яценко вновь благодаря Хлебникову – с ролью врача скорой помощи в «Аритмии». Теперь у него только в ближайшее время – молодой Иван IV в сериале «Грозный» и Юрий Постников в «Стрельцове».

Сложно, пожалуй, быстро назвать еще одного артиста, которому настолько подходили бы любые роли и эпохи. К тому же Александр совсем не из тех, кто стремится «пересаливать лицом» и вообще как-то перетягивать одеяло у партнеров по кадру.

Даже напротив. Если присмотреться, то несколько его лучших образов предполагают определенное ограничение возможностей. Например, в «Инсайте» Александра Котта он играл слепого, в «Ледоколе» – временно немого. Здесь надо сказать про еще одно его свойство – абсолютную невозможность точно определить возраст его персонажа. Двадцатилетнего Леню из «Свободного плавания» Яценко изобразил почти в 30, а младшего Яковлева в «Дуэлянте» исполнил, будучи взрослее экранного «старшего брата» Петра Федорова на 5 лет. Впрочем, нет ничего удивительного в том, что главным героем стабильных нулевых стал человек без возраста – эдакий просветленный Дориан Грей.

Яценко не любит давать интервью и не в последнюю очередь, видимо, потому, что не вполне понимает, о чем еще, собственно, он должен говорить за пределами исполненных ролей. На упреки в том, что актер все время играет в общем-то самого себя, стесняясь, отвечает, что порой пытается придумать какой-то способ перевоплощения. Но все равно всякий раз сталкивается с тем, что его собственный – негромкий, но стопроцентно узнаваемый голос – является лучшим для предложенной истории.

Понимают это и режиссеры, увидевшие в Яценко уникальное сочетание растерянной ранимости и невероятной решительности – как в «Ненастье» Сергея Урсуляка или все тот же Миронов из «Аритмии». Рассуждая о своем персонаже, Александр назвал его «талантливым раздолбаем» – определение, которое так идет и ему самому. И кажется, что именно это сочетание свойств продолжает дарить ему любовь зрителей. Признаемся, и нам очень хотелось бы, чтобы эта ядреная смесь привела к счастливому финалу.