Маленькая, да удаленькая: Драма взросления «Ада» – лучшее лекарство от меланхолии

Жила-была в затерянном на берегах Оки городке девочка Ада. Жила не то чтобы припеваючи, но в целом беззаботно. В роскоши не купалась, отца родного не знала, зато бродила по живописным окрестностям сколько душе угодно. И во всех своих робких, наивных попытках познать большой и прекрасный мир неизменно материнское одобрение встречала. Что, спрашивается, еще для счастья нужно-то?

Это милое маленькое кино – дебютная полнометражка Станислава Светлова, выпускника ВГИКа (мастерская Владимира Меньшова). Фамилия у него, прямо скажем, говорящая. Ибо и сам фильм – светлое, безобидное воспоминание о деньках давно минувшего детства. Которое, конечно, всякие горести могут испортить. От буллинга до наездов родителей. Но в жизни 12-летней Ады главная проблема – отсутствие папы. Да и то не проблема, если уж так рассудить, а просто ситуация, как мудрый Джейсон Стэйтем в «Револьвере» заявлял.

Ну и черт с ним, с этим папой. Зато, цитируя маменьку в исполнении Ольги Озоллапини, теперь Адин отец – целый мир! Манящий и необъятный. Вот девчушка и гуляет по ночам, думает об одном мальчике, под звуки хита Russian Girl наряжается на школьную вечеринку и надеется, что однажды кто-нибудь починит ее велосипед. В этой ленте нет ни антагониста, ни острой проблематики, ни даже отчетливого сюжета. Только хрустальный воздух, бескрайние просторы берегов Оки, очаровательно картавая актриса Маша Кожуханцева в роли Ады, и сама напоминающая осенний листок, – такая же золотистая и хрупкая. Чуть дунешь – унесется восвояси навстречу лучшей жизни, о которой герои «Ады» пока просто робко мечтают.

Помимо Светлова и Евгения Баранова, тоже из ВГИКа, к сценарию приложил руку Денис Осокин – писатель, поэт и многоопытный соавтор Алексея Федорченко («Овсянки», «Небесные жены луговых мари», «Ангелы революции»). В одном из интервью он говорил, что все его работы буквально сотканы из любви. По фильмам Федорченко это заметно невооруженным глазом, хотя в тех же «Овсянках» меланхолия преобладала. И даже сама природа будто оплакивала почившую супругу директора целлюлозно-бумажного комбината.

В «Аде» же золотая осень, которую оператор Павел Медведев подолгу смакует на общих планах, застывает сияющим слитком, порхает игривым солнечным зайчиком, гонит прочь тлен и печаль. Им нет места в провинциальном островке спокойствия и гармонии, где жизнь течет тихо и неторопливо, а скромные люди скромно налаживают быт, скромно влюбляются, а когда приходит назначенный час – скромно уносятся в вечность. Остается лишь зыбкая рябь на воде, серебристый росчерк средь облаков и пара примятых травинок, которые пошуршат, покачаются на ветру, да и потянутся к небу обратно.

Как же здорово, что в полях блокбастеров, байопиков, остросоциальных драм и криминальных триллеров попадаются такие тоненькие, но до сих пор не затоптанные колоски, как «Ада». Да, картина Светлова не совершает технической революции. Не поражает воображение невероятными перформансами или шокирующими сюжетными твистами. Зато такой благодатью сердечко преисполняет, что жить, любить, творить пуще прежнего хочется. Не фильм, а целебный бальзам. Душевные хвори лечит и веру в славное будущее российского кино укрепляет.