«Я на перемотке!»: Рыже-голубые «Телепузики» для взрослых

К рыжему страховому агенту прямо в офис посреди рабочего дня заявляется его блондинистая зазноба, чтобы напомнить о годовщине их знакомства и увезти по такому случаю его с собой на романтический пикник, игнорируя любые разумные возражения. К месту проведения пикника их доставляет странная наглая тетенька на «Москвиче-426», а по завершении поездки накладывает на рыжего страхового агента страшное проклятие: отныне его каждые полчаса будет перекидывать на год вперед в тот же самый день. А то как же он иначе поймет, что жизнь следует ценить?

Было такое бесхитростное нравоучительное кино для широкого круга зрителей – «Клик: С пультом по жизни». Примечательное тем, что в нем Адам Сэндлер чуть меньше раздражает, чем обычно, и почти даже не пытается натужно шутить. Герой Сэндлера там получает от очередного чудаковатого персонажа Кристофера Уокена волшебный пульт для управления времени. Пульт этот сначала прикидывается полезным многофункциональным девайсом, а затем принимается герою Сэндлера портить жизнь, произвольно ее перематывая вперед.

«Я на перемотке!» внука Алисы Фрейндлих Никиты Владимирова – это ровно то же самое. Только вместо Адама Сэндлера – Андрей Бурковский, вместо Кристофера Уокена – Татьяна Догилева, а вместо волшебного пульта – ничего. Точно такой же фильм, с серьезным видом разжевывающий ту же примитивную мысль о том, что жизнь надо жить помедленнее, и преподносящий ее торжественно как высшее откровение и универсальный секрет всеобщего счастья. Впрочем, кое-что оригинальное внук Алисы Фрейндлих в свою бессовестную кальку все-таки привнес. И это кое-что действительно способно если не удивить, то как минимум немало озадачить.

Видите ли, в «Я на перемотке!» почти все – рыжие. То есть буквально рыжие, это не какая-то замысловатая фигура речи. За исключением актрисы Ксении Тепловой и еще пары блондинов, а также лысого Федора Лаврова, все остальные люди, попадающие в кадр, имеют волосяные покровы исключительно рыжих оттенков. Тогда как общая цветовая гамма строго выдержана в рыже-голубых тонах со вкраплениями белого. Рыжий Бурковский в голубой рубашке и рыжих брюках садится в рыжий автомобиль, подъезжает к голубому дому, а там Ксения Теплова в голубом платье печет рыжие капкейки – как-то так это приблизительно выглядит, чтобы вы представляли.

Какой в этом смысл? – спросите вы. Скорее всего, конечно же, никакого, но давайте немного пофантазируем. Скажем, если учесть, что именно означенное колористическое сочетание – оранжевый с голубым – чаще всего встречается на кинопостерах (есть даже исследования на этот счет), то можно предположить, что «Я на перемотке!» представляет собой постироничное метавысказывание о современной киноиндустрии, погрязшей в плагиате, политике инклюзивности и штампах. Или другой вариант: таким образом Никита Владимиров как бы показывает, что широко растиражированная, изъезженная и истоптанная мораль про «жить здесь и сейчас» способна работать исключительно в таком вот, упрощенном до двух с половиной цветов, мире.

Увы, это все слишком сложно для того, чтобы уместиться в столь простенькое кино. Впрочем, тем оно и очаровательно по-своему – вот этим наивным, незамутненным прекраснодушием. При том обязательном условии, что вопиющую вторичность мы выносим за скобки, разумеется. В таком виде «Я на перемотке!» становится вполне удобоваримым развлекательно-познавательным продуктом для непритязательной аудитории. Что-то вроде «Телепузиков» для взрослых, если хотите. Бессмысленное, но зато яркое, энергичное, залипательное мельтешение. Вот и пузико у Андрея Бурковского в какой-то момент появляется смешное. Да и Ирина Пегова (тоже рыжая, естественно) в третьестепенной роли определенно чем-то отдаленно напоминает Лялю.