«Свободные люди»: Убить в себе государство

Отец и его почти уже взрослый сын живут вдвоем. Отец разъезжает по стране, выступая на радио и проводя для малограмотных крестьян семинары, в рамках которых проповедует весьма сомнительные вещи. Чем зарабатывает приличные деньги. В поездки он часто берет с собой сына, чтобы тот ему помогал, бумажки посетителям семинаров раздавал. В школе парень не учится, со сверстниками не общается, только разглядывает грустно страничку какой-то девицы в социальной сети в свободное время. Никакой социализации, никаких иных радостей, да и перспектив, честно говоря, никаких. Вдобавок их дом грозится отобрать за долги банк. Хотя средства-то на погашение вроде бы имеются. Но тут дело даже не в принципе, а в твердости ошибочных убеждений.

Есть в Америке такое движение «суверенных граждан». Это примерно как наши, допустим, «живые люди» или «граждане СССР». Индивиды, уверовавшие в теории заговора так глубоко, что глубже уже некуда. Они считают, что все вокруг их обманывают, и на основании этого отвергают какие-либо связи с государством, пытаясь существовать по выдуманным законам. Что выливается в проблемы всякий раз, когда приходится вступать во взаимодействие с органами власти. В результате даже самая безобидная, казалось бы, ситуация рискует для них обернуться катастрофой. Тормознет такого «суверенного гражданина» гаишник, попросит водительское удостоверение предъявить. А тому и нечего предъявить, потому как не признает он необходимости обладания таковым. И давай чего-то доказывать, на несуществующие документы ссылаться и так далее.

Понятно, что жить так – довольно тяжело. Но насколько тяжело? И зачем тогда кто-то так живет? Озвученным вопросам и посвящен фильм «Свободные люди», в котором мы видим столкновение двух реальностей – вымышленной и условно невымышленной – глазами обычного подростка, пребывающего в состоянии мощнейшего когнитивного диссонанса. С одной стороны у него капитально свихнувшийся (не без причины) отец, видящий мир в не совсем, мягко говоря, обычном свете и это видение навязывающий окружающим, в первую очередь – собственному отпрыску. С другой стороны – собственно, этот самый мир, оказывающийся внезапно совсем не таким, каким его видит отец. Но тоже свихнувшийся (и тоже не без причины, надо сказать). Что с этим делать – решительно непонятно, и в том заключается трагедия. Причем трагедия не конкретного героя, а вообще.

Молодого человека с диссонансом играет Джейкоб Тремблей – тот умилительный пацан из «Комнаты» с Бри Ларссон и «Хищника» 2018 года, заметно подросший с тех пор, но таланта, как видно, не растерявший. В роли поехавшего бати – Ник Офферман, вкладывающий в этот образ неистового борца с системой столько страсти и энергии, что хоть телефон от экрана заряжай. Но есть в фильме еще одна пара важных персонажей: старый опытный коп (Деннис Куэйд) и его потомок, готовящийся поступить на службу. Они, стало быть, являются, как раз яркими представителями той системы, борьбе с которой герой Оффермана приносит в жертву себя и своего единственного близкого человека. Однако если взгляды на устройство реальности за скобки вынести, то существенных различий меж ними практически нет. В обоих случаях отношения между отцом и сыном сводятся к насаждению определенных взглядов. Что в обоих случаях ведет к печальному финалу, отсылающему к известной работе И.Е. Репина.

Картина вырисовывается невеселая. Ошибочные убеждения передаются из поколение в поколение и образуют целые системы подавления, от несправедливости которых отдельные субъекты начинают придумывать собственные ошибочные убеждения и распространять их, в том числе передавая младшим поколениям, и так образуются новые системы, неизбежно вступающие в конфликт с системами, в итоге ставшими легитимными. Те же «граждане СССР» простыми обывателями (теми, кто о них хотя бы слышал) воспринимаются в лучшем случае как кучка сумасшедших. Автор фильма «Свободные люди» Кристиан Суигал предлагает присмотреться к ним повнимательнее, а присмотревшись, проникнуться сочувствием. Ведь это ж как надо разочароваться в государственных институциях и в жизни в целом, чтобы такой толстой стеной из завиральных идей от всего этого отгородиться.