«Союз спасения. Время гнева»: Работа над ошибками?

На следующей неделе стартует сериал «Время гнева», который создатели щепетильно просят не называть расширенной версией фильма «Союз спасения» (2019). Отличия действительно есть: если первая серия практически целиком состоит из эпизодов, снятых несколько лет назад Андреем Кравчуком (иногда с новыми диалогами, наложенными поверх старой картинки), то уже со второй начинаются авторские дополнения от Никиты Высоцкого и Олега Маловичко. Но поскольку они же являлись сценаристами полного метра, глобальных изменений в подходе к материалу нет: и достоинства, и недостатки остались прежними. 

В числе первых, например, красивая картинка, способная порадовать эстетов, – красивейшие мундиры, парадные интерьеры, которые особенно атмосферно выглядят при свечах, и прочие визуально выверенные детали. Совсем уж театрализованными их назвать нельзя – зато сразу понятно, что речь идет об очень тонкой социальной прослойке, которой доступны материальные блага, но не слишком доступно понимание того, что творится в остальной России.

Любовь к родине, искренняя и горячая, здесь распадается на множество вариаций – у каждого из действующих лиц она своя. Помимо тех, кто просто хочет устроиться поудобнее, есть западники, есть славянофилы, есть офицеры, побывавшие в заграничных походах, и есть просто несогласные с внутренней политикой.

А поскольку в «Союзе спасения» по-прежнему превалирует формула «человек и только потом функция», следить за этими личностными баталиями интересно, тем более что разыгрывают их звезды первой величины. А за счет хронометража им наконец-то есть где развернуться: Тихона Жизневского хотя бы можно признать в кадре, линии Максима Матвеева и Антона Шагина не выглядят обрывочными, гораздо больше внимания уделяется отношениям внутри царской семьи. К тому же подоспела старая гвардия в лице Максима Аверина (он играет Михаила Сперанского) и Сергея Безрукова (Петр Волконский). 

С другой стороны, тот же самый принцип превращал в абсолютную кашу полнометражный фильм, в котором обрывки исторических справок были свалены в один котел и там неистово кипели и перекипали. В сериале местами, особенно в самом начале, возникают лихорадочные флешбэки и сумятица с именами – разумеется, никто не представляется, входя в кадр, и момент этой звуковой «визитки» надо отлавливать, чтобы понимать, а что, собственно, происходит и кто все эти люди.

Еще один критичный момент, который сохранился, – диалоги. Эпистолярщина, которой по сравнению с киноверсией заметно поубавилось, периодически все равно вступает в диссонанс с разбитной игрой актеров. Но в случае, например, с Леонидом Бичевиным диалоги, отсылающие к давно ушедшей эпохе, звучат аутентично из-за достаточно выдержанной манеры игры, а в случае с Иваном Янковским и Павлом Прилучным подобное ощущение никак не складывается. И если первому простительно – роль позволяет, да и свой шарм в таком исполнении есть, то Прилучный решительно мажет мимо. И характера, и эпохи.

Но бывают и удачи: с подлинным достоинством обмениваются репликами зрелые артисты, которые играют умудренных опытом людей, сумевших долгие годы продержаться при дворе. Есть Роман Мадянов в роли Аракчеева с прекрасным «как перемены – так воровство!», строгий, почти суровый Алексей Гуськов, Александр Домогаров, на которого идеально села роль генерал-губернатора Санкт-Петербурга Михаила Милорадовича… Происходящее в такие моменты напоминает отличную экранизацию какой-нибудь несуществующей пьесы.

Отлично выдержан баланс между богатыми салонами и деревенской пасторалью, максимально зрелищно сняты массовые сцены (особенно с ракурсом с высоты). А вот графика, к сожалению, подводит: создатели сознательно и в некоторой степени целесообразно добавляют происходящему эпического размаха, но больше минуты смотреть на то, как нарисованные воды Невы переливаются через нарисованные же гранитные плиты набережной, несколько странно. Возможно, дело в устаревшей монтажной версии, которую показали журналистам, – на спецэффекты обычно уходит много времени и сил, да и делается все в несколько этапов не для того, чтобы бездарно сливать конечный результат.

В чрезмерную драму и символизм создатели тоже иногда сильно заигрываются – потенциальные «сношения с Калифорнией» буквально разбиваются о здание Адмиралтейства во время потопа 1824 года, а в золоченых залах периодически кто-то падает без чувств под тревожную музыку. Открытым остается и вопрос о том, насколько разумным было помещать в центр сюжета молодого идеалиста. Да еще и влюбленного.

С одной стороны, это отличная фигура, чтобы показать трансформацию: между услышанным «закон – это высочайшая воля» и произнесенным «иногда надо не по закону» есть прямая связь. С другой – часть важных флешбэков исчезла (фраза про Наполеона, который хотел бы такого сына, теперь не подкреплена решительно ничем), а другие герои за счет ярких характерных особенностей то и дело перетягивают внимание на себя.

Краткий итог таков: судя по первым сериям, сериал «Союз спасения» все еще похож на набор исторических скетчей, в которых на первый план выходят то дворцовые интриги, то кризисные настроения, то одержимость великой идеей. При этом «Время гнева» вполне можно назвать эскапической фантазией по мотивам реальных событий – зрелищной, несмотря на полное отсутствие постельных сцен, но с незабвенными «мужчинами в форме». И о тех временах, когда Америка все еще была краем Земли, синематограф еще не зародился, а люди все еще не подозревали, что все они – чьи-то ставленники. То бишь, пешки.