Фрэнсис МакДорманд: Шекспир, свобода и красный носок

«КиноРепортер» публикует интервью с Фрэнсис МакДорманд, которой сегодня исполняется 65 лет. В ее фильмографии немало знаковых проектов, получавших престижные награды, при этом с годами актриса не сдает позиций – только за последние пять лет она снялась в драмах «Три билборда на границе Эббинга, Миссури» и «Земля кочевников», за которые удостоилась по «Оскару» за главную женскую роль. А ведь еще были «Трагедия Макбета» Джоэла Коэна и «Французский вестник» Уэса Андерсона. 

Как вам кажется, Фрэнсис МакДорманд, которую мы знаем, это продукт актерской школы Йеля или же врожденный талант, развившийся с жизненным опытом? 

— Это очень хороший вопрос. Не могу сказать, что мне не нужна была эта школа. Я училась на театральном факультете очень маленького гуманитарного колледжа в Западной Вирджинии, и моей единственной мечтой и главным бизнес-планом был переезд в Нью-Йорк и поступление в любую театральную труппу, куда примут. Но мой профессор дал мне умный совет продолжить обучение, потому что понимал – я не продержусь долго в Нью-Йорке, настолько наивной я была тогда. В итоге я научилась жить самостоятельно: нашла квартиру, сама себе готовила и зарабатывала на оплату учебы. Жизненный опыт оказался для меня важнее академической программы.

И как вам приходилось зарабатывать на жизнь до того, как вы стали актрисой?  

— Я начала работать, когда мне было 15. Когда поступила в актерскую школу в Йеле, то часто бывала на подхвате на съемочных площадках или в костюмерных, а во время каникул работала в химчистке – стирала и складывала вещи клиентов. Мой первый опыт закончился катастрофой: я забыла красный носок среди белых вещей, и в итоге все стало розовым. Но та клиентка, к моему изумлению, оплатила заказ, несмотря на то что все вещи были безнадежно испорчены, зато они были великолепно сложены! (Улыбается.)

Бывали сложности с деньгами?

— Порой мне приходилось продавать свои вещи, чтобы оплатить жилье. И однажды я продала свою флейту, чем была очень расстроена. Я даже рассказала об этом Хлое (режиссер «Земли кочевников» Хлоя Чжао, – КР), а она возьми и купи для меня новую. Решила посмотреть, помню ли я, как на ней играть. Поэтому моя героиня Ферн играет на флейте.

Ваша героиня – вдова, которая теряет дом и работу и колесит в своем минивэне по Америке в поисках лучшей доли. Есть ли между вами и вашей героиней что-то общее?

— Я сама из американского рабочего класса. Наша семья жила в основном в небольших индустриальных городах. К счастью, я никогда не теряла никого из близких, если не считать моих родителей, однако они прожили долгую и насыщенную жизнь. Но это моя работа –— сделать так, чтобы вы мне поверили, и увлечь вас на эмоциональную территорию, которая должна вызвать у вас сочувствие. Моя Ферн многие годы прожила в браке с мужем, и мы хотели показать, какую гамму эмоций испытывает человек, который остается один: от ужаса перед одиночеством и грусти до радости от того, что ей приходится самостоятельно отвечать за свою жизнь. 

В фильме сделан особый акцент на том, что он о людях без дома, но не о бездомных.

— Это очень важно! Люди, которых вы увидите в «Земле кочевников», не бездомные, мобильная жизнь без дома – это их сознательный выбор. Для меня этот фильм о том, что в нашем обществе больше нет места старикам. Пожилые американцы, которые усердно работали всю свою жизнь, оказались перед выбором – либо остаться на попечении детей и спать у них на диване, либо потратить оставшиеся сбережения на выплаты за дом или аренду. И они решают, что продолжат работать и заодно посмотрят свою страну, пока будут колесить в поисках временных вакансий. Этот фильм о стойкости и стремлении справиться с любыми невзгодами.  

И о свободе?

— Общая философия героев фильма – не захламлять свою жизнь материальным грузом, который тянет на дно в буквальном и переносном смысле. Интересно было после многих лет уверений, что истинным критерием успеха являются дома, яхты и машины, понять, что главной целью является свобода в принятии решений, как максимально насыщенно прожить собственную жизнь. 

Почему вы выбрали именно Хлою Чжао режиссером «Земли кочевников»?

— Для меня как продюсера очень важно, чтобы режиссеры, с которыми я работаю, никогда не чувствовали, что их просто наняли на работу. Помню, как я посмотрела «Наездника» Хлои на кинофестивале в Торонто и буквально вслух разговаривала сама с собой о том, кто эта девушка и почему я ничего о ней не знаю. Мне захотелось увидеть и другие ее работы! То, что мы с Хлоей встретились и сняли этот фильм, было великим везением, ведь она до этого никогда не работала с профессиональными актерами. Думаю, что помогла ей перекинуть мостик от «Наездника» к «Земле кочевников» и дальше к «Вечным» и любым другим проектам, которыми она решит заняться в будущем.  

Вы с мужем Джоэлом Коэном вместе работали над фильмом «Трагедия Макбета». Собирались ли вы изначально придерживаться традиционной трактовки Шекспира? 

— Для нас было важно, чтобы леди Макбет осталась такой, как ее написал Шекспир, – жестокой и до безумия амбициозной. Я играла леди Макбет, когда мне было 14, это была моя самая первая роль в театре. Но теперь отталкиваюсь от того, что она – женщина в менопаузе, безумие которой вызвано потерей единственного сына после многих выкидышей и мертворожденных детей. Она стремится во что бы то ни стало подарить корону своему мужу, и это единственная причина, по которой она все еще жива. Думаю, подобные мысли не раз приходили людям в голову за последние 400 лет. Я люблю свою профессию именно за эту возможность заставлять зрителей задуматься и начать задавать вопросы.