«Сергий против нечисти. Яга»: Роман Маякин попадает в секс-рабство

В тексте есть незначительные спойлеры.

Разудалая магическая франшиза «Сергий против нечисти», положившая начало буму сериальных проектов про фольклорную нечисть, добралась до третьего сезона, не сбавляя оборотов. События первых двух легко (пусть и несколько сумбурно) укладываются в минутный рекап: Сергий (Роман Маякин) и Катя Земцова (Лукерья Ильяшенко) победили Вия и гостей его шабаша, но по ту сторону адского портала остался их некомпетентный оппонент Кракин (Дмитрий Куличков). Параллельно выяснилось, что открывать и закрывать магические врата может только сущность высшего порядка. А это значит, кто-то – засланный казачок.

Финал второго сезона породил множество версий происходящего, но на деле этот клиффхэнгер разрешается крайне быстро: Катя инфицирована, процесс необратим, времени – до заката. В отчаянии Сергий готов поверить даже в невозможные байки. Он плюет на предупреждения обеспокоенной тетушки (Ирина Розанова) и опыт Григория Потемкина, в свое время оставшегося без глаза, и отправляется к Бабе-Яге (Елена Подкаминская).

У той собственный бизнес – магическая аптека, терпящая убытки в том числе из-за Сергия, который прореживает ряды потенциальных клиентов регулярно и с огоньком. Но бывший священник так нравится Яге, что разгоревшейся страсти не мешает даже его открытое нападение. Дабы человечество не погрузилось в кровавый хаос, а Катя вернулась к привычному облику, колдунья предлагает выход: Эрос вместо Танатоса. Сергий соглашается скрепя сердце. Буквально: во-первых, его чувства к коллеге достигли критической точки. А во-вторых, любовным утехам Яга предается в виде однозубой старухи.

«Сергий», изначально нишевый проект, который быстро обрел благодарную аудиторию, не отходит от собственных канонов: специфического, но качественного грима, достаточно условной графики и эпика местного разлива. Это по-прежнему удивительная вселенная, в которой даже шутки про ковид и Прохора Шаляпина уместны, не говоря про изобретательный юмор и обязательную привязку к менталитету и коллективной памяти.

Диковинным приспособлениям Сергий тут же находит кустарные аналоги, обмен любезностями остроумен, а традиционные представления о сказках либо перевернуты с ног на голову, либо подчеркнуто прямолинейны: живая вода, например, действительно оказывается живой (и крайне дерзкой).

Арки героев к третьему сезону тоже стали обстоятельнее. А еще стало понятнее, сколько всего остается за кадром. И если некоторые намеки вроде тайны пропавшего Губерниева раскрываются быстро и полно, другие подсказки сделаны тоньше. В их числе и упоминание об отце Сергия, который к Яге тоже захаживал, и его собственные слова про то, что у него очень много страхов: то, что это признание сделано на эмоциях, не отменяет его глубины. А еще в этом сезоне герою приходится противостоять сразу двум женщинам – обе по иронии судьбы разгневаны друг из-за друга. В общем, есть на что посмотреть.

Если Сергий лишь прикидывается дураком, Кракин, которого все же вытянули из портала, от притворства далек. Пытаясь открыть в себе сверхспособности, он не только мешает профессионалам, но и изводит подчиненных. Жадность, глупость и тщеславие тоже при нем, и они не позволяют ему погрузиться в полноценный экзистенциальный кризис. Хотя сидеть сложа руки здесь не разрешено никому: заряд адреналина – и побежали дальше.

Для настоящей любви и хорошей музыки, впрочем, время найдется: и в этом смысле «Половинка» «Танцев минус» разбивает зрительское сердце, пожалуй, с той же силой, что и в самый первый раз.