«Проект «Конец света»: История дружбы Райана Гослинга и каменного монстра

Райланд Грейс (Райан Гослинг) приходит в себя на космическом корабле где-то у черта на рогах, не помнит, кто он, зачем здесь очутился и почему рядом лежат мертвые товарищи. Постепенно память возвращает его не только к собственной биографии, но и к обстоятельствам глобальной беды. Землю медленно душит загадочная субстанция, пожирающая энергию Солнца. Климат летит в тартарары, а человечество в спешке снаряжает экспедицию туда, где эта напасть по какой-то причине дает сбой. Рассказываем, каким образом школьный учитель спасает человечество от вселенской катастрофы.

Режиссеры Фил Лорд и Кристофер Миллер представили завидный набор вводных. Экранизация романа Энди Вейера. Сценарий Дрю Годдарда, который уже однажды превращал научную головоломку в бодрого «Марсианина». Авторы с редким талантом держать баланс между дурашливостью, драйвом и искренностью. Райан Гослинг в роли умника с хронической тревогой и лицом человека, которого только что разбудили на контрольной по квантовой физике. Вдобавок космос, апокалипсис, контакт с иным разумом и инженерная возня с винтиками мироздания. Тут сам собой воображается если не новый жанровый эталон, то хотя бы студийный блокбастер с характером.

Каждый раз, когда «Проект» нащупывает свою лучшую интонацию – космическое бадди-муви с привкусом тревоги, – он зачем-то отходит назад и начинает обстоятельно объяснять себя заново. Тут в дело вступают флешбэки, и именно они становятся главным тормозом этой экспедиции. Идея с потерей памяти поначалу кажется удачной: зритель вместе с Грейсом складывает пазл, а каждая новая деталь работает на интригу. Но довольно скоро воспоминания о земном прошлом превращаются в затянутые остановки. На корабле герои ошибаются, рискуют, смешно ругаются и делают открытия. На Земле фильм тщетно пытается убедить, что все поддается объяснению с научной точки зрения.

Иногда история перестает суетиться и сводится к трогательной и одновременно абсурдной дружбе двух существ, которым вообще-то полагалось бы шарахаться друг от друга. Потому что главный козырь картины – не тайна гибнущего Солнца, не паника на Земле и не спасательная миссия как таковая, а Рокки. Инопланетянин с внешностью ожившего минералогического кошмара. Он похож на каменное насекомое, на набор суставов и панцирей, которому забыли дорисовать привычную человеку мимику. Сначала герои как два техника из разных миров, вынужденные ковыряться в одной проблеме. Потом как соседи по душной коммуналке. Потом как друзья, которые уже разобрались, как сказать друг другу «осторожно», «помоги» и «не беси». Однако еще не вполне понимают, где кончается практическое сотрудничество и начинается настоящая привязанность.

Первая половина картины держится на загадке и телесном дискомфорте: герой ничего не помнит, а космическая банка давит со всех сторон. Фантастика о выживании становится остроумным, азартным, почти по-мальчишески увлеченным кино о совместной работе. Тем не менее чем ближе финал, тем заметнее расползается тональность. Лента мечется между научной авантюрой, сентиментальной историей о дружбе и большой сказкой, где Вселенную вытаскивает эмпатия. При этом темы у картины серьезные и вполне объемные. Стыд перед собственной слабостью, цена коллективного спасения и вопрос доверия к чужому существу. Слышен и почти старомодный по нынешним меркам мотив: встреча с иным разумом не обязана сразу скатываться к войне, ксенофобии и обмену ракетными ударами.

Отдельного разговора достоин Райан Гослинг. Его Райланд Грейс сразу сбивает с истории налет плакатного героизма. Перед камерой человек, которого катастрофа выдернула из удобной роли наблюдателя и швырнула туда, где за каждую секунду приходится отвечать собственной шкурой. В одном эпизоде это задерганный школьный учитель, привыкший объяснять детям устройство мира в уютном кабинете. В следующем – ученый, которому необходимо найти решение в хаосе. Еще через минуту – почти ошеломленный мальчишка, впервые столкнувшийся с подлинным чудом и потому реагирующий на него с обезоруживающей открытостью.

В свою очередь, Сандра Хюллер в роли Евы Стратт играет на другой частоте и этим тоже украшает фильм. Героиня руководит спасательным проектом с таким видом, будто давно выжгла в себе все, кроме эффективности. Ни намека на желание всем угодить, никакой терапевтической теплоты, никакого заискивания перед героями и публикой. Стратт существует в режиме суровой арифметики конца времен. Если мир летит в бездну, кто-то должен взять на себя роль человека, который режет по живому и не плачет в кадре. Однако сценарий использует ее не как полноценный источник напряжения, а скорее как механизм для принятия тяжелых решений.

Визуальная сторона картины почти не дает сбоев. Оператор Грег Фрейзер снимает космос с холодной, почти хирургической точностью и все время напоминает: эта красота быстро показывает зубы. Кадр наполнен металлом, лабораторным свечением, ледяным блеском и густой чернотой, которая манит ровно до той секунды, пока не начинает обещать героям смерть. Корабль ощущается физически – как тесное и опасное пространство, где легко удариться плечом, задохнуться, промахнуться на долю секунды и дорого за это заплатить.

Разумеется, фильм найдет свою аудиторию. «Проект» щедро раздает поводы для симпатии всем, кто любит фантастику за чувство открытия, инженерный азарт, химию между героями и редкую для блокбастеров веру в сотрудничество. Картина явно метит сразу в зону семейного аттракциона, в фан-клуб Гослинга и в нишу эмоционального кино о конце света. Однако стремление угодить всем подряд подрезает самые интересные импульсы, сглаживает опасные углы и лишает историю той остроты, которая могла бы превратить его из добротного хита в по-настоящему сильное высказывание.