«По Фрейду»: Философия, теология и психоанализ в одном флаконе

Фильм Мэтта Брауна («Человек, который познал бесконечность», «Лондон-Таун») «По Фрейду» больше похож на камерный спектакль для двоих актеров. Впрочем, это не удивительно. Учитывая, какой путь прошло произведение, прежде чем попасть на экран.

В качестве основы для будущей ленты Браун взял театральную постановку по пьесе «Последний сеанс Фрейда» драматурга Марка Ст. Джермейна. А тот, в свою очередь, написал ее по книге Армана Николи «Фрейд и Льюис. Дебаты о Боге», в которой столкнул противоположные тезисы будущего автора «Хроник Нарнии» и отца психоанализа.

По сюжету, действие разворачивается в сентябре 1939 года в Лондоне, куда Фрейд вынужденно бежал из Вены. Старый доктор без конца слушает радио, где речь Гитлера сменяется симфоническим оркестром, пьет виски, смешивая его с морфием, и мучается от болей – у него рак челюсти.

На его пороге появляется молодой профессор философии Льюис, и между ними завязывается преинтересный спор. Прежде всего, теологический. Фрейд – убежденный скептик и атеист. Льюис когда-то придерживался тех же позиций, но в настоящем нашел утешение в христианстве.

Их разговор напоминает дуэль двух фехтовальщиков. На каждую меткую мысль друг друга они находят не менее острые контраргументы. На каждый вопрос у них заготовлены ответы, в которые они искренне верят. При этом нельзя сказать, кто из них прав, а кто нет. Фрейд, утративший веру в Бога из-за антисемитизма, с которым ему пришлось столкнуться, потерявший одну из своих дочерей и внука. Или Льюис, пришедший к Всевышнему после ужасов Первой мировой войны, где на его глазах убили лучшего друга, что нанесло писателю незаживающую психологическую травму.

Здесь нет правды – только два человека с личными трагедиями и опытом. Мэтт Браун не принимает ничью сторону: он как бы разглядывает собеседников со стороны и предлагает зрителю сделать то же самое. Оставаться беспристрастным при просмотре «По Фрейду» – лучшее решение, иначе фильм может запросто вывести из себя.

Картина не просто камерная: она тесная и душная. Практически все действие происходит в доме Фрейда, – беседующие почти не покидают пределов небольшого кабинета. Лишь раз они выходят на улицу, когда тревожная сирена извещает, что вот-вот начнется бомбежка. К счастью, этого не происходит, но вся атмосфера фильма пронизана подобным чувством неизвестности – умрешь ты сегодня или все-таки доживешь до завтрашнего утра.

Кабинет Фрейда темный и мрачный, несмотря на попытки его дочери Анны создать в нем уют. Он давит стенами, потолком, духом смертельно больного человека, который в нем обитает. Оттуда хочется убежать, вдохнуть свежего воздуха, но на улице не становится лучше. Там захлестывает паника и тревожность.

Понимая, как сложно снять фильм в пределах одной локации, создатели разбавили его воспоминаниями маленьких Фрейда и Льюиса, интрижкой последнего с матерью умершего друга и болезненно-созависимыми отношениями первого с дочерью. Правда, эти вставки не сделали атмосферу менее тяжелой. Напротив: от них еще муторнее. Поскольку даже светлые вещи (которых немного) кажутся унылыми. Будто в жизни Фрейда и Льюиса больше ничего и не было, кроме боли и смертей вокруг них. При этом отторжения или непонимания герои не вызывают.

Главные роли исполнили Энтони Хопкинс и Мэттью Гуд. И их старания – главное достоинство фильма и важная причина с ним ознакомиться. Энтони Хопкинс (так и хочется написать: Энтони Фрейд) великолепен. Он раскрывает доктора через жесты, мимику, дрожащие руки, острый взгляд, проникнутый болью, голос, в котором смешиваются английская речь и немецкие словечки с многократным Ja. «По Фрейду» желательно смотреть в оригинале с субтитрами – никакой дубляж, даже самый гениальный, не передаст игры сэра Энтони с интонациями.

Мэттью Гуд не отстает от старшего коллеги. Интеллигентный, мягкий Льюис больше молчит, но когда говорит, то бьет точно в цель – твердо и убежденно. Он умеет отстоять свои доводы и при этом не скатывается в оскорбления – дипломат от Бога.  

Химия между актерами видна невооруженным глазом: Хопкинс и Гуд абсолютно разные, но гармонично дополняют друг друга, придавая фильму необходимую пульсацию. Между тем в реальности Фрейд и Льюис никогда не встречались: согласно ремарке в финале картины, перед самой смертью доктор принимал у себя молодого гостя из университета, но кто это был – неизвестно. Откуда же взялась книга про эту встречу?

Арман Николи преподавал в Гарварде и читал курс лекций по Фрейду. Со временем студентам, считавшим труды психоаналитика интересными, но однобокими, наскучил его материализм. Тогда Николи предложил им в качестве эксперимента противопоставить Фрейду Льюиса, имевшего совсем другие взгляды на те же вещи, о которых говорил психоаналитик. Студентам идея понравилась, и лекции обрели вторую жизнь – по ним-то Николи и написал свою книгу.