«Немой официант»: Как Костя Плотников из «Короля и Шута» залег на дно в Петербурге

В петербургском театре «Цехъ» идет камерный спектакль «Немой официант», который может заинтересовать (и интересует – билеты заканчиваются за две-три недели до дня Х) публику сразу по нескольким причинам. Во-первых, одну из двух ролей играет Константин Плотников – Горшок из сериальной панк-сказки «Король и Шут». Во-вторых, это постановка по пьесе Гарольда Пинтера: многие небезосновательно считают, что именно этим произведением вдохновлялся Мартин МакДона при съемках своего полнометражного дебюта «Залечь на дно в Брюгге».

Сюжетные сходства действительно налицо, разве что размах у «Официанта» поменьше. Двое киллеров – постарше и поопытней, помладше и потупей – в ожидании очередного «заказа» застревают в замызганном мотеле, переоборудованном из не менее дрянной забегаловки. Заведение продали другим владельцам, но народная тропа к нему не зарастает. Вот и приходится непутевым героям получать все новые заказы и отправлять на кухонном лифте то завалявшуюся в сумке пачку чипсов, то полпинты молока, то надкусанную слойку.

Замкнутое пространство и бытовые неудобства подчеркивают абсурд ситуации: без газа и спичек Гасу и Бену только и остается, что пить воображаемый чай и представлять, какой вид мог бы открываться из несуществующего окна. Кустарную атмосферу рождает само помещение – театр располагается в бывшей котельной, а вялые перепалки и заезженные фразы лишь обостряют зрительское внимание. Да и звуковое сопровождение не дает уйти в свои мысли: у Гаса, свидетеля непростой сценки, о которой он напрасно пытается поговорить с напарником (Алексей Вдовин), постоянно звенит в ушах.

Этот пронзительный звук, вкупе с работающим стробоскопом и полным отсутствием эмпатии у собеседника (Бену тоже сложно настроиться на рабочий лад), порождает ощущение почти осязаемого дискомфорта. Близость сцены его только усиливает, и тут в дело вступает актерское мастерство.

Плотников, чьи талант и фактура во многом обусловили успех «Короля и Шута», во всех интервью настаивает на том, что лишь примеряет на себя роль, а не превращается в персонажа. С расстояния в пару метров это умение погружаться в образ завораживает: зритель видит одновременно и актера, который слаженно работает с партнером и не забывает про зал, и героя, замкнутого на себе.

Словно тот за тонким стеклом, которое может разбиться от случайного удара. А ударов будет много – у Гаса взрывной темперамент и острый язык. В паре моментов накал страстей слегка смягчает перевод: понятно, что в английском ругательства звучат не столь вульгарно, но в русском они становятся слишком нейтральными.

Из своеобразного чистилища герои обращаются к зрителю. Там же мечтают об отпуске и темном пиве, вспоминают футбольные матчи и былые вылазки. А еще ждут очень важного звонка. Диалоговый юмор сменяет пронзительная трагика, а где-то рядом все время норовит вспыхнуть переворачивающее жизнь пьяное откровение – то самое, которое обязательно забываешь наутро.

Финал трагикомедийного триллера плюс-минус предрешен, но происходящим увлекаешься, несмотря ни на что, да и интерпретаций у концовки может быть несколько. Есть о чем подумать, когда все-таки добираешься до того самого темного пива, о котором наемники говорили с таким упоением.