Игра в ассоциации: Как зарубежные фильмы получают свои названия

Российские локализации названий иностранных картин иногда ввергают в ступор. Гремят скандалы, разрываются соцсети, обсуждая очередной нелепый, а то и оскорбительный выкрутас прокатчиков. «КиноРепортер» проанализировал списки фильмов, вышедших в российский прокат за последние два десятка лет. Мы проследили, как рождаются «франшизы», состоящие из картин, изначально никак между собой не связанных.

«Традиция» самостийно присваивать картинам статус сиквелов ранее вышедших хитов началась еще во времена пиратских видеокассет. Один из самых ярких примеров – фейковая серия «Нико» из совершенно не имеющих отношения друг к другу фильмов с участием Стивена Сигала. Этому немало способствовало то, что актер был везде одинаковым, да и сюжеты разнообразием не отличались.

Кинопрокатчики смекнули, что подобный варварский подход работает, и взяли его на вооружение. Так, вслед за нашумевшей, номинированной в 2003-м на «Оскара» французской документальной лентой «Птицы» (Le peuple migrateur) на российские экраны вышли «Птицы 2» (La marche de l’empereur), которые были ничем не хуже и даже получили «Оскара», но с первой частью их роднили только Франция и орнитология.

Подобное самоуправство не раз приводило к громким скандалам и даже судебным разбирательствам, и хотя это все же исключение, киномаркетологи стараются все же манипулировать зрителем поизящнее. Так, на постерах можно заметить регулярно повторяющиеся слова и конструкции, которые работают (во всяком случае, это берется в расчет) по ассоциативному признаку.

Если оригинальное название картины состоит из имени собственного, которое ничего не скажет зрителю, чаще всего к нему добавляют слово «игра». Среди знаковых примеров «Игра Ганнибала» (Nomis), «Опасная игра Слоун» (Miss Sloane), «Игры судьбы» (Adam). Не сильно отстает и «дьявол» — особенно, конечно, в хоррорах и триллерах, но бывают и исключения: например, комедия «Никки дьявол-младший» в оригинале именуется куда скромнее — Little Nicky («Малыш Ники»). 

Английские «проклятия» (сurse и damnation) любят и сами создатели фильмов, однако локализованные названия благодаря им создают целые «франшизы» из несвязанных между собой картин. О жанре догадаться несложно, а ярким примером может послужить серия «Проклятие Аннабель» (Annabelle). 

Интересная ситуация складывается с «национальным» подходом к истории. Фильмов с отсутствующей в оригинале припиской «по-итальянски» аж 9 штук, «по-французски» – 8, «по-английски» – 6.
Другими фаворитами стали конструкции «Любовь и прочие …», «Больше, чем…», «Друзья по…» и всевозможные родственники «легкого и нелегкого поведения» (речь не о российских комедиях с Александром Реввой).

Начиналось все невинно – у «Легкого поведения» считывается смысловая нагрузка с оригинального Easy Virtue, да и комедия с Эммой Стоун Easy A получила вполне удачную локализацию «Отличница легкого поведения». Но затем мастера названий вошли во вкус, и бедный Роберт Де Ниро уже побывал дедушкой и «легкого поведения» (Dirty Grandpa), и «нелегкого» (The War with Grandpa).

Алеку Болдуину и Сальме Хайек тоже перепало: Drunk Parents в российском прокате стали «Родителями легкого поведения». Кстати, причудливый оборот родился именно в локализованном названии, а не стал результатом успешного проката российских комедий. Остается утешаться одним: по крайней мере, тут никто не выдает себя за сиквел.