«Детка»: Мария Мацель и Виктория Исакова в пульсирующей истории взросления

В прошлом году «Детка» покоряла один отечественный фестиваль за другим. Тогда она называлась «Летом асфальт теплый», но к широкому прокату создатели сменили загадочное название на более броское. И двусмысленное: ведь деткой может звать и мать, и развязный бойфренд. Впрочем, нежность и забота главной героине (Мария Мацель) почти неведома: она выросла вместе с отцом в маленьком городке под Мурманском. Детство без матери, сбежавшей в Петербург делать карьеру, накладывает на Дашу особый отпечаток, а кризис ее собственной женственности схлестывается с юношеским протестом. Тихий бунт на выпускном перерастает в побег. Первые (и последние) деньги в Северной столице Даша потратит на то, чтобы перекраситься в ярко-красный. И отправится на поиски матери (Виктория Исакова), которая давно живет своей жизнью.

Парадокс, но смотреть «Детку» порой куда сложнее, чем размышлять об увиденном после просмотра. Режиссер Ира Бас, для которой проект стал полнометражным дебютом, и сценаристка Наргиз Багирзаде при поддержке замечательного оператора Александра Демьяненко и игре двух ведущих актрис делают почти невозможное – воссоздают на экране живой и пульсирующий женский опыт. И что самое важное, показывают, что к нему всегда приводят индивидуальные решения. Даша, например, большую часть времени желает расстаться с девственностью. Причин множество, и материальное благополучие в их число не входит, хотя поначалу может показаться совсем обратное. 

На необдуманные поступки героиню толкает и неумение принимать свою женственность, и обида на мать, которая с женским началом связана накрепко и навсегда, и желание поступить назло родителям. И если желание намеренно навредить себе считывается скорее на эмпатическом уровне, у последнего пункта гораздо больше видимых опорных точек. Отец сравнивает актрис с проститутками, и Даша едва ли не первым делом заявляется в театральный, чтобы шокировать приемную комиссию своей экспрессией. Она настойчиво требует у матери сигареты, врет, что едва окончила школу, и делает вид, что выносит из дома дорогие украшения. Если ее бросили тогда, когда она была хорошей, как к ней отнесутся, когда она будет плохой?

Провокация считывается быстро, но процесс уже запущен. Давно разорванные отношения мать и дочь пересматривают на протяжении нескольких дней, хотя в норме подобный процесс должен занимать годы. Эмоциональная и даже физическая дистанция сокращается до интимных пределов: Даша наряжается в платье и туфли матери не в детстве, а вполне сформировавшейся юности. Привычное разлетается на осколки, обособленность больше не спасает.

Болезненная реакция обостряется в застопорившейся петле отчаяния: одна не осознает рисков своего поведения, чем навлекает на себя одну беду за другой. Другая не находит ничего лучше, чем броситься в пучину знакомого отчаяния. Выясняется, что Дашу и Лену объединяет не только любовь к музыке и подспудное чувство вины, но и паттерны поведения. Разные, но одинаково разрушительные.

В этот грозовой циклон затягивает и сторонних наблюдателей. Алексей Розин вновь играет неопределившегося любовника, в общем-то, положительного, но отчаянно слабовольного человека. Герою Степана Белозерова, как и в «Лунатиках» не везет с родителями – его состоятельный отец не только эмоционально холоден, но и морально ничтожен. Так или иначе, мужчины здесь, и условно хорошие, и условно плохие – сила, с которой нужно считаться. Физическая близость оператора к актрисе позволяет запечатлеть ее состояние в малейших подробностях, и выбор при столкновении с противоположным полом у нее каждый раз оказывается невелик – поддаваться или бежать. Лишь для того, чтобы нарваться на кого-то еще.

Стоит отметить бесстрашие, с которым Маша Мацель взялась за работу. Она практически не покидает кадра и обнажается не только физически. Пожалуй, это первая по-настоящему взрослая роль актрисы – не столько из-за рейтинга 18+ и обескураживающей телесности в кадре, сколько из-за пути, который проходит ее героиня. «Детку» можно назвать артхаусом в лучшем смысле этого слова – здесь много смысловых нюансов и много правды, какой бы неприглядной она ни была.

Жизнь, как известно, – сочетание несочетаемого, и здесь она запечатлена во всех мелочах. Вот провинция, которая дышит покоем и северными туманами, вот яростные огни рейва, вот обволакивающий уют джазового клуба. Зловещая темнота дорогого номера, грязная обивка в прокуренной машине. На экране – картинки-ощущения, умиротворяющие и очень страшные. Иногда их дополняют ироничные заметки, и в них тоже осязаемый женский опыт: «Это не больно» «Тебе-то откуда знать?»

Где-то рядом – резкие, как удар под дых, реплики. Снова универсальный опыт, опять универсальная боль. К счастью, познание не ограничивается одними страданиями. И не зря говорят, что первый шаг – не только самый важный, но и самый сложный.