«Мертвые души»: Спагетти-вестерн по Гоголю

В маленьком городке, расположенном где-то в Аризоне, объявляется странного вида незнакомец, представляющийся государственным служащим. Заселившись в гостиницу, он тут же принимается налаживать контакты с наиболее богатыми и влиятельными местными жителями – чиновниками и бизнесменами. К каждому из них у него имеется одно и то же необычное, но как будто бы весьма выгодное деловое предложение о покупке мертвых мексиканцев. Которые в этих краях как раз в большом избытке.

Да, вы все правильно поняли. Это «Мертвые души» Гоголя, но в стиле вестерна. Даже, представьте себе, спагетти-вестерна. Снятого для пущей аутентичности в испанской Альмерии – на малой родине «Долларовой трилогии». И с Джанни Гарко на позиции соавтора сценария. Сейчас, конечно, никто его не помнит, но во второй половине 1960-х он играл крутых итальянских ковбоев и был звездой. А сценаристом никогда не был, так что в титрах упомянут, скорее всего, чисто как пасхалка для фанатов.

Титры, кстати, в фильме тоже аутентичные и красивые. Под «Очи черные» в исполнении Шаляпина. А поставил «Мертвые души» в стиле спагетти-вестерна британец Алекс Кокс – тоже фигура интересная. Когда-то он многообещающе начал с культовых «Конфискатора» и «Сида и Нэнси», после чего взял курс в направлении противоположном мейнстриму, но вместе с тем неопределенном. Стал в основном что-то для себя творить, уверенно держась ниже радаров.

«Мертвые души», соответственно, сотворил тоже для себя. Из-за чего постороннему наблюдателю – такому особенно, который любит спагетти-вестерны сильно меньше, чем Алекс Кокс, – порой может быть непонятно и скучно. И тем не менее: Николай Васильевич на Диком Западе – как такое можно пропустить? Это же само по себе любопытно, как проза нашего великого классика может помещаться в столь чужеродный для себя антураж и ложиться на американские реалии.

Оказывается, очень даже неплохо может помещаться и ложиться. На то он и наш великий классик, что сюжеты его универсальны. Да и, если уж на то пошло, чем так уж эти американские реалии от наших отличаются? В Аризоне ведь тоже один только и есть порядочный человек: прокурор; да и тот, если сказать правду, свинья. Эта цитата прямо так и звучит в фильме, если что. А мексиканский народец, точно как и русский, не любит умирать своей смертью.

Хотя отличия тоже есть, в том числе достаточно кардинальные. У Чичикова (Стриндлера в данном случае), которого сам же Алекс Кокс играет, и мотивация несколько иная, и масштаб всей аферы пожиже. Плюс сатира направлена в большей степени на нынешнюю американскую миграционную политику – с жирным намеком на то, что за двести лет в Штатах в этом плане не поменялось ничего. Но слишком уж на политике фильм не зацикливается, оставаясь по большей части оммажем давно исчезнувшему жанру.

Ближе к финалу еще встречается маленький кукольный мультик в стиле Тима Бертона, за которым следует совсем уж сюрреалистический фантастический эпизод, в котором Чичикова вербует Пентагон. Но все это опять-таки не так здорово, как могло бы быть, если бы Алекс Кокс снимал для кого-то помимо себя. С другой стороны, хотя бы так – и то хорошо. Лучше, чем если бы было никак. И кто виноват, что никому прежде не пришло в голову сделать «Мертвые души» в стиле спагетти-вестерна?