«Дачники на Бали, или «Асса» 30 лет спустя»: Размышления скучающей элиты на сцене Театра на Бронной

Написанные в 1904 году Максимом Горьким «Дачники» – не самое почитаемое произведение писателя и не из тех, что не сходят с театральных подмостков, но их созвучие с сегодняшним днем удивительно. А потому и интерес Константина Богомолова к пьесе вполне понятен.

Да, режиссер по своему обыкновению перенес действие в наши дни. Вместо дачи тут – шикарная вилла на «сказочном» Бали, а вместо дореволюционной интеллигенции на веранде с видом на океан за бутылкой виски (и не только) скучает современная элита – успешные и не очень предприниматели, их жены и любовницы.

Наконец, вместо разговоров о проблемах 120-летней давности – пересуды, как любит Константин Юрьевич, максимально по повестке, включая СВО (в частности, парень одной из героинь собирается добровольцем на фронт, и она рвется к нему в Москву, а выбор Бали объясняется тем, что в Куршевеле одни украинцы). Однако на деле все то же самое.

Да и что тут переделывать? «Интеллигенция – это не мы! Мы что-то другое… Мы – дачники в нашей стране… какие-то приезжие люди. Мы суетимся, ищем в жизни удобных мест… мы ничего не делаем и отвратительно много говорим», – бичует себя у Горького Варвара Михайловна, которую на Бронной играют в паре Елизавета Базыкина и Александра Ребенок. Этот монолог, объясняющий подлинный смысл названия пьесы, – прекрасная иллюстрация того, что годы идут, а люди не меняются. Во всяком случае, эти – кого почему-то принято считать элитой страны. И очевидно, что обличение самопровозглашенной элиты – и есть основная цель спектакля.

Приемы Богомолова, его фирменный почерк, видны сразу и во всем. Это и аскетичная сценография, заточенная на то, чтобы смотреть можно было с двух противоположных сторон (в задней части сцены установлены дополнительные ряды кресел). Это и его любимые экраны, на которые крупно проецируются лица актеров, чтобы зрители даже на галерке видели каждую эмоцию на их лицах. Это и приветы реальным людям.

Если в третьем действии его «Гамлета in Moscow», где сюжет переносится на Каннский кинофестиваль, фигурируют известные кинокритики с издевательски измененными фамилиями вроде Стаса Тытыркина, то в «Дачниках на Бали» литератор Яков Шалимов (Игорь Миркурбанов) переименован в Бориса и стал музыкантом. А чтобы всем было понятно, о ком конкретно в спектакле речь, в какой-то момент за сценой врубается «Город золотой» (вот вам, собственно, и ответ на вопрос, при чем тут «Асса»). Иноагент прилетел развлекать уехавших богатых соотечественников – логично, на родине это невозможно, а деньги нужны.

Куда сложнее с центральными героями – олигархом Басовым (Дмитрий Куличков) и его другом Сусловым (Лера Горин). Тут параллели не так очевидны. Например, банкир Суслов сбежал, украв деньги вкладчиков, болен раком, беспробудно пьет и лупит жену-актрису, которую подозревает в изменах. Богатый образ, похожий на всех и сразу.

Другое дело, что все это совершенно неважно, и поймут зрители, кто зашифрован, или нет – значения не имеет. Автор нашумевшего «Манифеста», Богомолов последовательно деклассирует всех, кто дистанцируется от народа – олигархов, творческую псевдоинтеллигенцию, так называемых лидеров мнений… И дистанцируется от них сам.

Финал спектакля почти по классике – «Короче, все умерли». Почти, потому что не все. Но мысль «Туда вам всем и дорога», равно как и «Никого не жалко, никого…» (жаль, под занавес играет «Прекрасное далеко», а не хит Шнура), считывается без труда. И если уж автору настолько не жалко своих героев, то нам и подавно.