Чем удивит возвращение «Метода 2»

17 января на Первом канале состоялась премьера новых серий продолжения сериала «Метод». Криминальный детектив должен был выйти в эфир еще в 2019 году, однако создатели несколько раз откладывали дату премьеры. В самом начале второго сезона зрителей ждал большой сюрприз: оказалось, что Родион Меглин, получивший удар в сердце, жив, хотя и не совсем здоров, и готов раскрывать новые преступления. Бывшую напарницу Меглина такое известие поставило в тупик. В порыве злости Есеня, которая на протяжении года не могла смириться со смертью возлюбленного, заявила, что лучше бы тот тогда умер.

В новых сериях отношения героев стали еще более запутанными: Меглина подозревают в преступлениях «Ты меня не поймаешь», из-за чего ему приходится скрываться. Тем временем маньяк все ближе подбирается к Есене: очередной жертвой становится отец девушки. В деле также намечается тупик: похоже, что преступления совершает не один серийный убийца, а разные люди. Единственным способом найти виноватого становится командная работа, но смогут ли Меглин и Есеня вновь доверять друг другу?

Возвращение Константина Хабенского в шоу стало сюрпризом не только для зрителей, но и для самой команды. Актер при этом признается, что мысль о чудесном спасении Меглина пришла именно к нему.

«Однажды я сидел с друзьями-летчиками МЧС, мы болтали о «Методе» – шутка через шутку, и вдруг родилось решение, – рассказывает артист. – Я пошутил, что его, конечно, убили, но вдруг у него сердце с другой стороны? Пошутил, а сам задумался, крепко задумался, тут же позвонил своим знакомым кардиохирургам и спросил, много ли людей живет со смещенным сердцем?»

Подобное объяснение Хабенский считает не только удачным, но и крайне символичным: «Меглин живет не только со смещенным сознанием, но и со смещенным сердцем».

О том, что Родион Меглин стал еще более уникальным персонажем, чем был в первом сезоне, говорит и режиссер Александр Войтинский.

«Персонаж Хабенского – совершенно другой человек, и вообще не понятно, человек ли. Он живет в каком-то своем пространстве, при этом по-прежнему виртуозно справляется с делами», – подчеркивает постановщик.

Для того чтобы усилить характеристики героя, которые отличают его от всех остальных людей, но при этом не терять связь с аудиторией, Константин Хабенский обратился с особой просьбой к режиссеру монтажа.

«Я очень просил режиссера монтажа вырезать все, что будет выходить за рамки нормального человеческого восприятия, потому что я понимал, что «человек-собака», которого сделали из Меглина, – вроде разумный, но с мусором из его подсознания, который Есене приходится расшифровывать. Он ведь по-другому реагирует даже на простые вещи: выключатели, лампочки, интернет. Как вот Меглин, например, чувствует интернет?» – говорит артист.

Вдохновение Хабенский черпал из собственного окружения.

«Для работы над ролью я просто наблюдал за людьми вокруг – у всех есть свои особенности, странности, вот их я и подмечал, чтобы собрать образ «нового Меглина».

Кроме того, Хабенский активно выступал за то, чтобы на каждое дело отводилось по две серии, а зритель с головой погружался в происходящее на экране.

«У меня было сожаление, что в некоторых историях была выпрямлена линия, и это принижает заслуги главных героев. Поэтому я долго просил, чтобы на каждую историю было по две серии», – подчеркивает артист.

 Паулине Андреевой также пришлась по вкусу новая структура повествования. 

«С момента последних событий прошел год – после смерти Меглина жизнь героини, конечно, изменилась кардинально: у нее появилась семья, она вышла замуж. Теперь мы увидим один кейс на две серии, что даст больше возможности вести зрителя по верному или нет следу. Сейчас угадать маньяка будет почти невозможно», – говорит актриса.

При работе над продолжением создатели также консультировались с психологами и специалистами. В итоге проект получился не столько про преступления, сколько про общество, порождающее преступников.

«Когда изучаешь, как формируется эта патология, понимаешь, что, как правило, ими руководит какое-то высшее понимание морали в извращенном виде. И это извращение связано не с ними, а с той средой, в которой они формировались, и оно отражает проблемы, накопленные в обществе», – говорит постановщик.