Бесславные ублюдки: Почему Тарантино оценит новый сериал «Охотники» с Аль Пачино

Сервис Amazon выпустил первые десять эпизодов «Охотников» — шоу, спродюсированного режиссером Джорданом Пилом, автором «Прочь» и «Мы», в котором отряд мстителей во главе с героем Аль Пачино в конце 70-х занимается ликвидацией нацистов, окопавшихся в США. «КиноРепортер» разобрался в плюсах и минусах сериала, застрявшего где-то между «Списком Шиндлера» и «Бесславными ублюдками».

Нью-Йорк, июнь 1977-го. Экономический кризис в разгаре, серийный убийца Сын Сэма держит город в страхе, но есть и хорошие новости: например, в кинотеатрах идут «Звездные войны». 19-летний Джона Хайдельбаум (Логан Лерман) уже успел обсудить с друзьями психологический портрет Дарта Вейдера и нюансы перехода на темную сторону, не подозревая, что вскоре ему самому предстоит пережить крутую перемену в жизни. Его любимую бабушку Рут (Джинни Берлин) застрелит ворвавшийся в их дом незнакомец, а на похоронах Джона познакомится со старым другом семьи Майером Офферманом (Аль Пачино) и станет членом его команды — разношерстного отряда мстителей, расправляющегося с нацистами, которых правительство приютило в США в рамках операции «Скрепка». Свою охоту Офферман и его соратники начали вовремя: кучка фанатиков, возглавляемая таинственным Полковником (Лена Олин), как раз приступила к воплощению плана возрождения рейха.

«Охотники» — дебютное шоу переквалифицировавшегося из актеров в сценаристы Дэвида Вейла, для которого это, в некотором роде, личная история: дед и бабка Вейла по материнской линии были польскими евреями и пережили нацистский концлагерь. Истории, рассказанные бабушкой Вейлу, в «Охотниках» стали флешбэками, и в целом послужили для сценариста источником вдохновения. На бумаге материал оказался так хорош, что заинтересовал Джордана Пила — человека, который в последние годы активно (пожалуй, как никто другой) препарирует американские исторические, политические и социальные расклады (см. пост-хорроры «Прочь» и «Мы», а также сериал «Сумеречная зона»). И, несмотря на то, что Пил на этот раз не приложил руку ни к режиссуре, ни к сценарию, ограничившись продюсированием, его авторский почерк в «Охотниках» узнается без труда.

Сериал начинает с фразы: «А я ему говорю: «Господин президент, больше нельзя допустить, чтобы Китай так нагло брал нас за яйца»», — которую произносит заместитель госсекретаря США Бифф Симпсон. Он, представьте себе, бывший нацист, пробившийся в высшие эшелоны власти. Намеками на стабильность нестабильности в отношениях США и КНР дело не ограничивается. В первом же эпизоде Вейл вываливает практически весь набор тем, которые, вооружившись нынешней оптикой, принято разглядывать с обличительным прищуром. При этом неполиткорректность, царившую в Америке образца второй половины 1970-х, создатель «Охотников» сгущает до предела: к примеру, одна из главных героинь, агент ФБР Милли Моррис (Джеррика Хинтон) — чернокожая лесбиянка. Хватает и занимательного синефильства. Вундеркинд Джона пытается разобраться в сложных отношениях добра и зла не только на примере конфликта Дарта Вейдера с джедаями (и, конечно же, с самим собой), но и через призму комиксовой субкультуры. Он даже работает в лавке комиксов и об экзистенциальных драмах Бэтмена, Человека-паука и Карателя знает все. Один из членов отряда Оффермана, известный актер Лонни Флэш (его играет заметно изменившийся после ситкома «Как я встретил вашу маму» Джош Рэднор), в шутку называет Джону «Jew-per hero» («еврейским супергероем»). И все это выглядит как довольно забавная попытка завести разговор о Холокосте с нынешними сверстниками главного героя «Охотников» на понятном им языке (комиксов).

Возможно, этим и стоило ограничиться, но, на беду, «Охотники» всерьез стараются быть одновременно «Бесславными ублюдками» и чем-то средним между спилберговскими «Списком Шиндлера» и «Мюнхеном». В результате культурные коды работают через раз: колоритный состав охотников (старик-миллионер; рядящаяся в католическую монашку бывшая оперативница MI6; чернокожая активистка с афро в стиле Анджелы Дэвис; ветеран войны во Вьетнаме японского происхождения; уже упомянутый актер-алкоголик в завязке) выглядит вполне органично, а вот вставки, по-тарантиновски стилизованные под грайндхаус, режут глаз. Они куда органичнее смотрелись бы не в самом сериале, а в формате вирусного видео в рамках маркетинговой кампании. Вейл и несколько режиссеров, работавших над первым сезоном (кстати, не исключено, что в одних режиссерских руках «Охотники» казались бы ровнее), то играют в эксплотейшн, то выдают концентрированную драму о Холокосте, накалу страстей в которой позавидовали бы Гидеон Рафф («Шпион») или Асаф Бернштейн («Долг»). Баланса между двумя этими крайностями авторы достигают реже, чем хотелось бы. Кроме того, жанровые метания не идут на пользу динамике: «Охотники» порой выглядят настолько затянутыми, что, кажется, вполне хватило бы и пяти-шести серий вместо десяти (включая полнометражный полуторачасовой первый эпизод).

Впрочем, и плюсов тоже хватает. Самый очевидный — блестящие актерские работы: Пачино отлично себя чувствует в сериальном формате, Лерман сыграл чуть ли не лучшую роль в карьере, а эпизодические выходы Барбары Зуковой (она здесь играет героиню, явным прототипом которой послужила Лени Рифеншталь) и звезды «Грани» Джона Ноубла стали вишенками на торте. Хороша и линия молодого американского неонациста Трэвиса (Грег Остин) — киллера-социопата, на деле доказывающего, что местные неофиты могут дать изнеженным и капризным потомственным наци сто очков вперед. И, наконец, главный актив «Охотников» — конструирование маленькой альтернативной истории, где Вернер фон Браун умирает не от рака поджелудочной железы, а от пули карателей, а печально известный нью-йоркский блэкаут 1977 года возникает не из-за удара молнии в подстанцию Бьюкенен, а в результате теракта нацистов. Тарантино бы такое оценил.