«Американский психопат» по-русски: Рецензия на фильм «Русский бес»

В современной, давно уже переставшей отличать миф от реальности, пышущей горячечным оптимизмом Москве зрелый юноша Святослав (Иван Макаревич) решает жениться на юной Асе (Любовь Аксенова). А заодно сменить род занятий во имя стабильности и преуспевания — отказаться от карьеры художника и открыть модный ресторан под названием «Русский Бес». Благо будущий тесть (Виталий Кищенко) — банкир и может поспособствовать осуществлению этой затеи.

Знакомство с родителями складывается для жениха вполне удачно (хотя и немного унизительно) и, получив вместе с рукой возлюбленной желанные инвестиции, Святослав приступает к ремонту арендованной под ресторан котельной. Однако мечты мечтами, а реальность требует жертв — гладко было на бумаге, да забыли про овраги.

Первой посетительницей строящегося заведения становится женщина из технической инспекции (Юлия Ауг), которая так откровенно вымогает гигантскую взятку, что следующий визит Святославу наносит уже следователь (Тимофей Трибунцев): оказывается, душная взяточница после посещения Святослава пропала.

Сорвав аплодисменты 4-серийным абсурдистским джалло (субжанр итальянских хорроров с элементами криминала и эротики, — КР) «Пьяная фирма», Григорий Константинопольский решил не останавливаться и дать еще один концерт в честь своих любимых и не таких уж далеких 1990-х. У каждого действующего лица в фильме есть свой зажигательный номер, а что именно звучит с экрана — заупокойная или здравица — так сразу и не поймешь.

Дело в том, что в «Русского Беса» уже на уровне названия вшиты миражи «Американского психопата» — поди разберись, где тут правда, где ложь, где явь, где сон? Одно можно констатировать точно: брет-истон-эллисовскому карнавалу брендов очень удачно соответствует поверхностный блеск скреп новой российской идеологии и ее лексика — с лоснящимися батюшками, врагами отечества и патриотичным благонравием.

Закадровый голос Свята (так для краткости и красоты зовут главного героя) льется соловьем, когда он рассказывает о своей экзальтированной страсти к Асе и стремлении к новой светлой жизни. Не забывая по ходу расправляться со всеми, кто стоит на его пути к этой заветной цели, — золотой пылью оседают они на безликой и безвкусной роскоши интерьеров, в которой действуют герои.

Первые полчаса «Русский Бес» — это блистательно сыгранный гротеск: обаятелен и точен в своей роли елейного душегуба Макаревич, отлично смотрится в роли тургеневской кукольной дурочки-невесты Аксенова. Как влитые сидят в своих партиях папы-банкира и мамы-стервы Кищенко и Виктория Исакова. Второй план не менее выразителен.

К финалу тема «Американского психопата», пусть даже сдобренного абсурдистской государственной риторикой и русской классикой, себя изживает, и Константинопольский ничтоже сумняшеся кидает в варево любимых кинематографических цитат душистое мыло «Бойцовского клуба».

За Тайлера Дердена здесь сам режиссер, удачно выступивший в роковом камео с программным текстом о том, что «1990-е все еще не кончились». Конечно-конечно, а как же им кончиться, когда он сам на месте и в такой хорошей форме: ухмыляется, витийствует, борода лопатой! Пузырящаяся сатира превращается в забористый китч.

Подытоживая, «Русского Беса» стоит упрекнуть разве что в отсутствии изящества, но ввернуть его смог бы разве что завзятый ригорист. Остальным все-таки стоит приглядеться к творящейся на экране вакханалии серьезно. Перед нами одно из самых честных авторских произведений прошедшего года, снятое общими силами поклонников постановщика и его группы на собранные по кругу деньги.

Краудфандинг и 14 съемочных дней, правда, что ли?! Если так, то Константинопольский сегодня — один из самых эффективных и наиболее внятно изъясняющихся режиссеров нашего кино. И нужно поздравить жюри «Кинотавра» (приз «За лучшую режиссуру»), принявшее в июне прошлого года совсем не очевидное, но снайперски точное решение. В «Русском Бесе» его размашистый, склонный к троллингу стиль наконец-то являет себя во всей своей красе и смелости.