Александр Золотухин: «Милитаристские лозунги звучат все громче» | КиноРепортер
КиноРепортер > Интервью > Кино > Александр Золотухин: «Милитаристские лозунги звучат все громче»

Александр Золотухин: «Милитаристские лозунги звучат все громче»

19 февраля 2019 / Михаил Моркин
Александр Золотухин: «Милитаристские лозунги звучат все громче»

Режиссер военного фильма «Мальчик русский», участвовавшего в Берлинском фестивале, обсудил с «Кинорепортером» русский национальный характер, Первую мировую войну и заветы Александра Сокурова.

В параллельной программе Берлинского кинофестиваля «Форум» прошла премьера дебютного фильма Александра Золотухина «Мальчик русский». Режиссер — выпускник творческой мастерской Александра Сокурова в Кабардино-Балкарском университете, которую также закончили другие яркие дебютанты последних лет: Кантемир Балагов («Теснота»), Кира Коваленко («Софичка») и Владимир Битоков («Глубокие реки»).

«Мальчик русский» рассказывает о деревенском простаке Алеше, который отправляется добровольцем на Первую мировую войну. Уже в первом же бою мальчишка попадает под газовую атаку и слепнет. Не желая возвращаться домой, герой уговаривает старших по званию оставить его в качестве «слухача» — оператора гигантского акустического локатора, который помогает засечь вражеские аэропланы. Военную историю Золотухин разбавляет документальными кадрами репетиций современного питерского оркестра «Таврический», который готовится исполнять Рахманинова, проводя параллели между солдатами прошлого и музыкантами будущего.

Как вам Берлинале?

Удивило, что немцы так любят смотреть кино — чуть ли не в пять утра встают в очередь за билетами. Жаль, что сам я мало успеваю посмотреть, хотя вчера сходил на документальный фильм «Снимая мафию» — историю о женщине-фотографе, которая снимала мафиозные разборки. Мощный фильм.

Вас, смотрю, интересует прошлое?

Сложно сказать пока. Сейчас я пишу современную историю. Но начало XX века меня очень интересует. Первая мировая война — очень драматичное событие для России и всей Европы. Она стала толчком для всех дальнейших событий, которые захлестнули Европу. Одному поколению людей пришлось испытать тяжести войн и революции, смену политических режимов. Какими они должны были быть, чтобы вынести всю эту стихию XX века? Меня интересовало проявление национального характера в экстремальных ситуациях. Ведь национальный характер не меняется со временем, как и человеческие взаимоотношения. Для меня важнее всего внутренний мир человека и его душевные тревоги, чем внешние проявления, основанные на каких-то социальных проблемах.

А как вы определяете русский национальный характер?

Сложно сформулировать. Наш фильм — размышление об этом. Хорошо, когда человек терпелив, или плохо? Однозначного ответа у меня нет. Стихийные исторические события требовали терпения. Однако люди также терпели политические и тоталитарные вещи.

Как родился замысел фильма?

Идея пришла ко мне, когда я учился в мастерской на третьем курсе. Мастер порекомендовал написать список интересующих нас тем. Меня интересовали отношение человека к человеку на войне и жизнь человека в начале ХХ века. Как-то я увидел в интернете изображение акустических локаторов, и пришла идея объединить эти две темы.

Вы удивительно нежно показываете отношения между военными. Солдаты очень человечно относятся друг к другу.

У одного из писателей-фронтовиков я прочитал, что настоящую любовь он встречал только один раз в окопах Сталинграда. На войне проявляются как самые отвратительные стороны человека, так и все хорошее, что в нем есть — забота, добро, нежность, братская любовь. Единственная интонация, c которой нужно рассказывать о солдатах на войне, это интонация сопереживания. К тому же история о мальчике, потерявшем зрение, должна быть тактильной и пластичной — ведь он все воспринимает на слух и на ощупь.

У вас в фильме аутентичные лица. Они не похожи на современных людей.

Мы искали актеров где-то год. Изучали фотографии и портретную живопись того времени. Суровая жизнь накладывала особый отпечаток на внешность людей. У нас много непрофессиональных актеров, которых мы искали в военных училищах, заводских предприятиях и даже в метро. Армия начала XX века состояла из крестьян и рабочих, которых собирали из самых разных регионов. Нам хотелось подчеркнуть это в лицах, а в Петербурге сложно найти такое разнообразие. Нам очень помогло Нахимовское училище, куда съезжаются ребята со всей России. Судя по фото тех лет молодые люди были внутренне взрослыми, а современные дети более инфантильны и поздно взрослеют. Эту взрослость характеры мы нашли у Володи Королева. У него очень драматичная судьба — он вырос без родителей. Володя очень по-взрослому рассуждает и тонко чувствует.

А где вы его нашли?

В детском доме.

Он планирует продолжать играть?

Он получает техническое образование. Даже на площадке я его отговаривал идти в актеры, потому что это неблагодарная профессия. Сегодня приглашают, завтра — нет. Я ему советовал относиться к съемкам, как к приключению. Надеюсь, он не соблазнится посулами актерства.

Изображение в «Мальчике русском» чем-то напоминает раскрашенную хронику.

Мы искали референсы в живописи — среди работ художников-передвижников, крестьянских портретов, отдельных картин художников возрождения. Очень повлияли на нас цветные фотографии Первой мировой войны. Там совершенно особенная оптика и цветопередача. Мы также играли с пленочным изображением — делали царапины, повреждения, засветы.

А как в фильм попала линия с репетицией оркестра?

Прием родился не сразу. Было понятно, что в истории о человеке, потерявшем зрение, очень важен звуковой ряд. С одной стороны, музыка Рахманинова очень энергичная и страстная. Он написал третий концерт для фортепьяно с оркестром в 1909 году и, возможно, тем самым предвидел трагедии XX века. С другой стороны, это нежная и лиричная мелодия, которая то возникает, то пропадает. Она как будто пытается бороться с этим хаосом. Эта борьба рифмуется с нашей историей, в которой маленький, слабый и остро чувствующий человек попадает в стихию, которая сильнее его. А показать современных людей в кадре мы решили, потому что требовалась некоторая степень отстранения. Хотелось, чтобы зритель не чувствовал себя свидетелем тех событий, а как бы вспоминал их. Важно, что музыканты репетируют, а не исполняют Рахманинова. Повторение сложных отрывков — это борьба с самим собой, борьба со своими слабостями, желание продолжать. Это рифмуется с историческими фрагментами, где война для солдат — это повседневный труд. Современные молодые музыканты, которые исполняют Рахманинова, ставят перед собой благородную цель — они занимаются культурой. В начале ХХ века многим прекрасным поэтам пришлось взять в руки оружие и пойти воевать. Это тревожит меня и в отношении нашего поколения. Милитаристские лозунги звучат все громче. Я чувствую тревогу молодых ребят за завтрашний день.

Александр Николаевич Сокуров давал вам какие-либо указания?

Без его помощи фильма бы не было, и его поддержка вселяла уверенность. Он не дает прямых советов, а старается сделать так, чтобы ученик сам пришел к решению. Его чувство такта очень важно. Главное, Александр Николаевич всегда учил нас уделять внимание внутреннему миру человека.

Кто из современных режиссеров вам близок?

Я сейчас мало смотрю кино. Сокуров учил больше читать, чем смотреть. Я люблю ФеллиниБергманаСатьяджита РаяАкиру Куросаву — режиссеров, которых я смотрел в процессе обучения. Каждый раз я открываю в их фильмах что-то новое. Недавно пересмотрел, вот, «8 ½» Феллини — удивительно энергичное и страстное кино!

Читайте также

«Я фабричный пацан из казарм»: Интервью с Виктором Сухоруковым Интервью
12 октября 2019
«Я фабричный пацан из казарм»: Интервью с Виктором Сухоруковым

«КиноРепортер» зарядился эмоциями актера, поговорив с ним о сути актерской профессии и о необходимости памятника при жизни.

Джуд Лоу: «Я не герой-любовник» Интервью
8 октября 2019
Джуд Лоу: «Я не герой-любовник»

Звезда сериала «Новый Папа» и мелодрамы Вуди Аллена «Дождливый день в Нью-Йорке» рассказал «КиноРепортеру» о своей внешности, источниках вдохновения и любви к супергеройским фильмам.

«Боюсь играть людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией»: Павел Деревянко — о «Домашнем аресте», «Дылдах», популярности и семье Интервью
7 октября 2019
«Боюсь играть людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией»: Павел Деревянко — о «Домашнем аресте», «Дылдах», популярности и семье

Преступники и милиционеры, анархисты и диктаторы, сексисты и стриптизеры — он не устает экспериментировать с ролями и радоваться жизни.

Режиссер фильма «Диего Марадона» Азиф Кападиа: «Удивлен, что он до сих пор жив» Интервью
4 октября 2019
Режиссер фильма «Диего Марадона» Азиф Кападиа: «Удивлен, что он до сих пор жив»

Автор «Сенна» и «Эми» — о том, как наркотики сгубили карьеру Марадоны, почему считает аргентинца величайшим спортсменом в истории и что не так с современными звездами футбола.