Александр Кузнецов объяснил, почему фильм «Папа, сдохни» провалился в России и стал успешным на Западе

20 апреля в Великобритании и США состоялся цифровой релиз криминальной комедии Кирилла Соколова «Папа, сдохни». Ведущие зарубежные издания, включая New York Times, Guardian, Variety, The Hollywood Reporter и Signt&Sound, высоко оценили фильм. На сайте Rotten Tomatoes его рейтинг составляет 96%. Однако в России, где «Папа, сдохни» вышел еще в прошлом апреле, фильм постиг кассовый провал: картина продержалась в прокате две недели и собрала 2,6 млн рублей, оставшись практически незамеченной.

«КиноРепортер» задал несколько вопросов о кровавой черной комедии Александру Кузнецову, сыгравшему в ней незадачливого парня, который мстит отцу своей девушки за то, что тот изнасиловал ее в детстве.

— Как вы думаете, почему в России «Папа, сдохни» не добился успеха?

— Думаю, есть две причины. Во-первых, феерически неправильное позиционирование фильма во время рекламной кампании. Я сам открестился от официального промо и выложил у себя альтернативный фан-постер. Зрителя посчитали дураком — этим часто грешат — и получили то, что получили. Во-вторых, российские зрители долго жили с тем, что в стране есть только три адекватных жанра. Это драматическое авторское кино о серой тяжелой жизни (часто хорошее), патриотические полотна и пошлейшие массовые комедии, собравшие в себе все лучшее из «Дома 2» и Comedy Club. Все настолько к этому привыкли, что уже подсознательно не дают шанса ничему, что выходит за рамки. И я понимаю людей, процесс возвращения доверия российскому кинематографу — это кровавый период.

— А в чем причина успеха фильма среди иностранных критиков и зрителей?

— Всё очень просто — если что-то делается с удовольствием, от души, без тени самоцензуры и позорных расчетов, что сейчас в тренде и что принесет больше денег — то вы будете увидены и услышаны, вне зависимости из какой вы страны и кто вы. Это суперпростое правило, но почему-то самое простое оказывается для многих самым сложным. Конечно, более приземленный момент — в фильме есть необычный для России микс: серьезная, жуткая и всем привычная история о российской действительности и очень быстрый, беспардонный и издевательский спагетти-жанр. А еще в этом фильме есть ирония. Не злая, какая-то другая. Это не попытка что-то кому-то доказать.

— «Папа, сдохни» — это признание в любви к корейскому кино, вестернам, Тарантино и кинематографу в целом. В рецензии Total Film вас сравнивают с Бастером Китоном, а вы сами держали в голове какие-то образы, когда играли?

— Режиссер хотел видеть во мне немного Брюса Уиллиса из «Криминального чтива». Но я, честно говоря, по дороге десять раз запутался в референсах и просто играл то, что хотелось. А где-то и то, что получалось.

— Готовы ли вернуться к роли Матвея, если кино получит культовый статус и зрители захотят увидеть сиквел?

— Конечно. Я очень люблю этого героя.